Но вдруг, сквозь маленький рваный просвет в круглое оконце упал слабый блик от скользнувшей по небу луны. И в мелькнувшем лунном пятне, на секунду осветившим комнату, Мэг заметила сидящую на топчане фигуру. От испуга девушка отпрянула в сторону. И только светящиеся в темноте зелёные глаза, дали ей понять, кто затаился в её комнате.
- Нам нужно поговорить, - как ни в чём не бывало, произнес Ральф, - сядь рядом со мной!
- Говори, князь, а мне и тут хорошо, - пожала плечами Мэг, всё ещё ощущая своё неистово колотящееся сердце.
Недовольно хмыкнув, Ральф поднялся и сам подошел к девушке. Вопреки ожиданиям Мэг он мягко обнял её, и привлёк к себе. Поцеловав её в плотно сжатые губы, Ральф зарылся лицом в её волосы за ухом и шепотом сказал самую невероятную, самую тяжелую фразу для лугару:
- Прости меня, слышишь.
- За что же мне простить тебя, князь? За твою суть? Ты в этом не виноват, тебя таким создал твой мир. Это я всё не так поняла. Спасибо, за то, что указал мне на моё место и за то, что напомнил о нашем договоре. – Устало и холодно произнесла Мэг. – Ты пришёл взять то, что принадлежит тебе по его условиям? Что ж логично, с твоей стороны.
- Что же мне сделать, чтобы ты стала прежней? – тихо зарычал Ральф. – Поцелуй меня, если ты простила.
- Это не обязательно. Чародей сказал, что я не должна ненавидеть тебя и без принуждения захотеть быть с тобой, тогда ты зачнешь сына. Как бы я ни старалась я всё равно не могу больше тебя ненавидеть, … и я хочу быть с тобой, чтобы исполнять нашу договоренность, и, в конце концов, поскорее закончить с этим. Ты можешь начинать. – Безразличным, упавшим голосом ответила ему Мэг.
- Зато я теперь так не хочу! – выкрикнул Ральф и внезапно покинул её комнату, хлопнув дверью. Мэг показалось, что в его голосе зазвучали нотки боли. Она покачала головой, отгоняя наваждение и не раздеваясь, прилегла на краешек топчана.
Видимо сон в этом мире был самым благосклонным к ней. Потому что она так и проспала как убитая, не меняя позы, до самого утра. А утро для неё началось, когда в комнату снова вошел Ральф, облаченный в свою военную амуницию, держа в руках железный шлем и спрятанную в него черную маску.
- Я хочу, чтобы ты вышла и попрощалась с ним! – повелительно произнес он.
- С кем? – пролепетала всполошившаяся девушка, безуспешно заглядывая в этот прячущийся от неё взгляд.
- Ты, кажется, нарекла его Джаром, - ухмыльнулся Ральф, наконец, прямо взглянувший ей в глаза. – Я лишил его чести быть моим воином и решил отпустить его обратно в селение кузнецов. Я возвращаю старшего сына Аттилы прямо в лапки мамочки Шер. Надеюсь, он станет достойной заменой своего отца и займет место вожака стаи. Ведь тогда нашему драгоценному другу Войту не будет грозить никакая опасность, он проживёт долго и счастливо, когда его слабость будет оберегать его родной брат. Можешь порадоваться за своих друзей! – не переставал ехидничать Ральф, глядя на неё каким-то незнакомым пугающим взглядом.
- Ты серьёзно?! – не в силах сдержать радость воскликнула Мэг.
- А я что похож на шутника? – огрызнулся Ральф. – Прошу поторопиться, у меня мало времени.
- А ты…, - Мэг нерешительно запнулась, - ты тоже отправляешься в селение Аттила?
- Нет такой надобности! Мой путь лежит на север, к морю. На несколько дней я покину Фархад, и … тебя тоже. Сколько причин для радости, неправда ли? – напряженно бросил через плечо князь.
Мэг спустилась следом за ним на площадь. У ворот топтался растерянный, и совершенно сбитый с толку, Джар. Неподалеку от одинокого воина, около двадцати всадников, на нетерпеливых псарах дожидались своего князя.
Не оборачиваясь, Ральф дошел до своей псары, и легко запрыгнув в седло, задержался на некоторое мгновение, чтобы отдать последнее наставление верному распорядителю Бурхану.
Мэган ободрила Джара искренней улыбкой и протянула к нему руки, но отвергнутый князем лугару вдруг испугано покосился в сторону Ральфа и еле заметно покачал головой, останавливая её порыв.
- И всё-таки я очень рада за тебя, Джар! – вздохнув, проговорила Мэг. – Ты поймешь это когда узнаешь их поближе. Твоя семья стала и моей семьёй. Передавай им моё приветствие и что я очень скучаю за ними. Ты сердишься на меня? – нахмурившись, добавила она.
- Нет, Мэг, что ты. …Не на тебя. Всё это так неожиданно, мне трудно осознать эту перемену, всю свою жизнь я был воином, и ничего кроме как стоять на страже и воевать, не умею. Думаю, что наш князь выслал меня из Фархада из-за твоей дружбы. Хотя … должно быть его мудрость зрит намного дальше. Я пойду. Я обязательно передам в селении твои слова, - тихо прошептал Джар, слабо улыбнувшись ей на прощание, чувствуя на себе пристальный взгляд князя.