- Если бы рядом с Ральфом не было его чародея, я бы ещё тебе поверил! Они что-то сделали с тобой, чтобы у тебя помутился рассудок, Мэг! Ты не можешь любить князя. Его просто невозможно любить! Он зверь, как внутри, так и с наружи! – воскликнул он.
- Может, мне и подливали зелья, только я вижу его другим. Со мной он не такой, каким показывает себя. – Словно оправдываясь, тихо произнесла Мэг. – Время покажет. Когда родится ребёнок, я пойму ошибалась я или нет.
На этот раз Войт ничего не ответил, он лишь печально покачал головой, шумно вздохнув, второй раз в жизни почва снова ушла у него из-под ног. Тогда Ральф забрал её тело, почти насильно увозя из селения, а теперь оказалось, что он ещё и посягнул на её душу, на сердце Мэг, ради которого он бы сам отдал всё, что у него было, даже собственную жизнь. И снова он подумал о несправедливости, царящей в этом мире, о том, что кому-то достается всё: и слава, и сила, и любовь, а кто-то остаётся выброшенным на обочину дороги и мир, тем не менее, хранит своё равновесие.
Полнолуние снова завладело Джафрат-Киром, не спрашивая, хочет она того или нет. Они одновременно почувствовали эти жуткие спазмы, только Войт менялся снаружи, а Мэг ощущала изменения внутри себя. Физическая боль была уже почти невыносима, её собственное «я» исчезало за гневом невидимого зверя, дальше она уже не могла мыслить и контролировать свои побуждения. Неведомые силы толкали её вперед, разум взрывался от голода! Ею правил риск и бесстрашие, боль перерастала в отчаянье. Вид находившегося рядом оборотня совершенно не пугал и не удивлял её. Мэг спокойно посмотрела на обращенного Войта – в их глазах горел одинаковый огонь, Войтом управляла его природа, Мэг поддавалась сути оборотня, которого носила под сердцем.
Он вытащил её из ямы и потянул за собой. Несмотря на хромую ногу, Войт-оборотень передвигался достаточно быстро, мчась в тёмную глубь леса, оставаясь равнодушным к хлестающим его ветвям. Ему нужна была жертва, тёплая кровь. И в этом его желании, Мэг была солидарна с ним. Что-то шевельнулось в кустах, и Войт, бросив её руку, с яростью метнулся туда, ломая шею козлёнку варны. Оборотень поднёс к лицу девушки бьющий фонтан крови из разорванной туши, и Мэган, уже не отдавая себе отчёта, с жадностью стала пить теплую, ещё живую солоноватую кровь. Утолив жажду, Войт, осторожно озираясь, повёл девушку сквозь чащи обратно в завоеванное ими логово.
Они выскочили одновременно и с разных сторон. Рычащие твари, лугару – чьи звери были безумны! Запрокинув голову, Войт издал свирепый рык, и легко сломав растущее рядом дерево, толщиной с три его кулака, яростно отбросил сначала одного, а затем другого, поразив последнего в живот. … А потом случилось, нечто, не поддающееся описанию, отчего нападавший, оставшийся в живых оборотень, умчался прочь на всех четырёх лапах. Вокруг них стали носиться бесплотные призраки оборотней, пронизывая их жутким холодом от взглядов пустых зениц! Их движения были хаотичны, но в тоже время создавали некий ритуальный хоровод вокруг замершей девушки и её друга оборотня. Мэг чувствовала лишь леденящий, словно умерщвляющий холод и сопутствующую ему тревогу, от непонимания происходящего, а вот Войт, пригнувшись к земле, жалобно стонал, хватаясь за голову, было очевидно, что он испытывал нестерпимую боль, с которой его мощное тело не могло справиться. Мэг порывисто обняла его в попытке защитить и защититься самой от этой проникающей пустоты, от этих следящих за ними хищных прозрачных тел, которые беззвучно раздирали свои пасти.
Обнимая Войта, Мэган зарылась лицом в его густую шерсть на затылке, накрывая его своим теплом, берущим начало из источника другого мира, она окутала его своим существом, отпугивая исчадий мира умерших биением своего человеческого сердца.
Она почувствовала, что призраки убрались восвояси, только тогда, когда Войт, вздрогнув отпускаемый полнолунием, стал принимать обратно человеческий облик.
Вид его был ужасен! Как могло так осунуться лицо всего за несколько часов? Он словно несвоевременно постарел, глаза запали и помутнели от усталости, в них больше не читался такой живой любознательный огонёк, Войт будто бы потух. Мэг молча отдала ему свою накидку, чтобы он смог прикрыть наготу, помогла ему подняться и в тягостном молчании, они отправились обратно к яме. Она уловила, что человеческий разум возвратился к нему, но Войт почему-то упорно не желал прояснить произошедшее с ними событие.