— Да, я попрошу, — кивнул он.
— Скажи, что нам срочно нужно. — Попросил я, — Иначе все встанет. И мы застрянем. Самому разбирать очень долго, да и других дел сейчас много…
— Могу помочь как-то? — предложил Андрей, видимо, в знак благодарности.
— Не, не, — отказался я, — там уже мое личное дело…
— Если что, обращайся, — продолжил он, — я перед тобой в долгу. Проси, что хочешь.
— Спасибо, Андрей, — улыбнулся я и похлопал его по плечу, — я рад, что ты на моей стороне. Этого достаточно.
Таким образом, я посеял ему дополнительную мысль. Не то, чтобы я любил держать людей в должниках. Нет. Я любил благодарных людей. Которые ценят то, что ты для них делаешь. Но я никогда не рассчитывал на чью-либо благодарность.
Пусть неблагодарные люди и дальше живут в своём дерьме.
Как я уже говорил, главным ресурсом на моем предприятии, был не эквилибриум, а люди. Предприятия менялись, а люди оставались людьми. И в этот ценный ресурс я был готов вкладываться. Нет никакого лучше человеческого качества, чем преданность. Через это, я и выстраивал отношения со своими подчиненными. При этом соблюдая субординацию. Отношения не переходили границу вседозволенности. Взаимоуважение сохранялось. Но видя, что руководитель в тебя верит, уважающему себя подчиненному, хотелось оправдать это доверие. Другие руководители с легкостью расставались со своими подчиненными. Потому что, они их в глаза не видели. Сидят у себя в кабинетах, и не выходят даже воздухом подышать. Такой подход тоже имел место быть. Только не для меня.
Наконец, мы поднялись наверх. Мое терпение было уже на исходе. Да, вторым лифтом надо заняться побыстрее.
— Алина, вызывай на завтра лифтеров, — не успев выйти из лифта, распорядился я. — Пусть начинают монтировать трассу для второго лифта.
Ну, а чего ждать. Пускай делают. Деньги у нас, как раз там, внизу. Пора бы их доставать с большей скоростью.
Как только мы вышли из лифта, нас, все собравшиеся, дружно встретили аплодисментами. Шахтеры, мастера, лаборанты, и вроде, даже охранник один зашел. Казалось, все побросали свои дела и ждали, чем все закончится. Счастливым концом, разумеется.
— Все за работу, — скомандовал я, — нет времени отдыхать. Клиенты не ждут!
Все послушно разбежались, как тараканы, при виде света. Работа снова была восстановлена. Единственное, с добычей нового источника, теперь возникла временная трудность. Но решаемая. Не хватало лишь одного дня, чтобы возобновить работу. Причем, умножив многократно. Ведь, мы сможем запускать к озеру уже по несколько человек, а не одного Андрея.
Я быстро поднялся в свой кабинет и переоделся. На работе у меня было подготовлено три запасных костюма тройки. Я попросил Алину постоянно следить и, в случае чего, пополнять запасы. Я оделся поверх своего защитного костюма.
Температура моего тела лишь немного опустилась. Но по-прежнему оставалась довольно-таки высокой.
Я привел себя в порядок и быстро направился к выходу. На все у меня ушло чуть больше часа. Пока я укладывался в отведенные два часа, которые я заложил, чтобы добраться до дома.
Я вышел на улицу. Гроза, в перемешку с ураганом, до сих пор, бушевала, выкладываясь на полную мощь, будто в последний раз.
Митяй подогнал минивэн очень близко ко входу. Видимо, чтобы я не бежал, снова промокая, под дождем. Я быстро залез, пытаясь не поймать ни капли.
— Митяй, — обратился я, — теперь, с такой же скоростью, в сторону дома.
— Вас понял, господин, — ответил Митяй, тут же срывая машину с места.
Снова пустые улицы. Снова навязчивые мысли. Снова молчание. Снова спокойная, расслабляющая музыка.
Не прошло и пятнадцати минут, как мы подъехали к графству. Перед входом стояла чья-то машина. Кажется, у нас были гости.
— Давай, Митяй, завтра как обычно, — попрощался я с помощником и отпустил его.
Я вошел внутрь дома. К моему удивлению, было темно. И пусто. Все слуги рано разошлись. Обычно к этому времени только накрывали на ужин. И в доме допоздна царила суета. Сейчас же, как будто, все побросали и разбежались. Да и на электричестве, у нас никто раньше не экономил.
Я поднял на второй этаж. В спальне графа была приоткрыта дверь. Только оттуда попадал свет в коридор, разрезая темноту. Я, осторожно ступая, медленно направился в сторону его спальни.
Дойдя до двери, я заглянул в щель. Отец лежал на кровати, рядом с ним сидела мать и еще два человека, что-то делали над ним.
Я легонько постучал в дверь.
— Костя, — увидела меня мать, — проходи, скорее.
Я вошел в спальню. Рядом с отцом крутились двое мужчин, в черных длинных халатах, напоминающие рясу. На столе, напротив кровати, лежал открытый кейс со шприцами. Видимо, вводили какие-то инъекции. Я сразу вспомнил про своего брата. Отец рассказывал, что лучшие медики Империи, пытались спасти его, но ничего не вышло. Неужели, он и в этот раз, хочет пойти по этому пути.