Это было ужасно, отвратительно, бесчеловечно.
«Танец. Вальс смерти», - неожиданно пришло сравнение Алисе, - «И в этом танце я никогда не хочу учувствовать».
Какого-то бедолагу нога, которого застряла в стремени лошадь тащила по земле. Он стонал и кричал, но никто этого даже не заметил, люди были слишком заняты защитой себя самих.
Алиса прижалось спиной к стене и заплакала.
- Я не могу на это смотреть.
Тёмная обхватила её лицо руками и от резкого шлепка по щеке Алиса резко пришла в себя.
- Эй, ты должна. Только твоё появление спасёт сотни жизней сегодня.
- А что потом? Ты сама сказала, что через два дня вы нападёте. Этому не будет конца, никогда не будет, - она почувствовала, как слёзы снова подступают к её щекам. Какой во всём этом смысл? Убивать друг друга, драться непонятно за что? Она нигде не видела Влада. Может быть он уже… Нет, она не должна так думать. Тёмная права, ей нужно найти отца. Она их во всё это втянула она и выведет. Алиса подняла глаза на тёмную. Та неотрывно следила за происходящим на поле боя. Её плечи сжали, казалось, она стала ещё ниже, чем была. Алиса видела, как отвратительно той на это смотреть, однако она зачем-то заставляла себя это делать.
- Ты меня неправильно поняла, - Вдруг сказала она, - Я хотела предложить помочь вам сорвать нападения! - тёмная положила руку на плечо Алисы, но та грубо её сбросила.
- С чего бы мне тебе верить?!
- Знаю, ты не должна. Но если всё же передумаешь встретимся завтра в семь вечера в лесу у озера Свет и Тень.
- Я не собираюсь тебе верить. Твоим действиям нет прощения. Спасибо, что помогла, но надеюсь больше мы не увидимся.
- Ладно, иди, но я всё равно буду ждать, - тихо сказала тёмная и скрылась в мрачном коридоре.
Как только принцесса осталась одна, то поняла, что доселе ещё не испытывала истинный страх. Она не могла здесь больше оставаться. Её взгляд метался от одного рыцаря к другому в поисках отца. Наконец она увидела его. Её меч остался лежать где-то на полу темницы. Получается, чтобы найти среди этой кровавой бойни Белогора ей придётся пробежать через всё поле без средства защиты. Её ноги затряслись. Она несколько раз подавалась вперёд и замирала, пока случайно не осознала, что бежит на ходу перескакивая через убитых. В метре от неё вздыбился вороной жеребец, на мгновение Алиса подумала, что сейчас окажется под его копытами, однако всадник, мгновенно среагировав дернул коня за уздцы и тот ловко развернулся. На мгновение Алисе удалось взглянуть на лицо мужчины. От острых скул до квадратного подбородка тянулась светлая щетина, в голубых глазах сверкала уверенность и ярость. Алиса поняла, сейчас он воспринимал себя ни как человека, а как оружие, смертоносную стихию, стоящую между хаосом и миром. Его доспехи были чёрными, с выгравированным на груди гербом тёмных, ещё через мгновение она заметила отличительную красную корону на его груди. Такая же только золотая была на доспехах их военачальника. Мужчина пришпорил коня оставляя Алису в пыли. Девушка сорвалась с места осознав, что этот то самый главнокомандующий, который предостерегал по рации с тёмную. И прямо сейчас его цель её отец!
Меч Белогора тем временем встретился с оружием противника. Ярость исказила лицо, которое она никогда не видела злым. Алая кровь, хлынувшая из горла противника, обагрила его черты. Тяжело дышащий отец опустил меч, он не видел мчащегося на него сзади главнокомандующего чужой армии.
- Папа Белогор! – Срывая голос закричала Алиса, – Сзади!
Девушка не думала, что он её услышит. Что её голос потеряется в топоте копыт и лязге стали. Король посмотрел на неё, отбиваясь уже не глядя. Однако любой отец узнает голос дочери находясь от неё и за тысячи миль. Белогор вовремя развернулся и скача мимо главнокомандующего тёмных разрубил ногу его коню от чего мужчина вылетел из седла и повалился в грязь.
Плача Алиса кинулась к отцу. Они быстро преодолели разделяющие их метры, и она как никогда быстро взобралась на его коня.
- Отступить, - скомандовал он громко.
Алиса обхватила торс отца, и они помчались сквозь отступающих и перепрыгивая через погибших. Поле боя было поистине ужасным. Всё время, то они мчались Алиса не переставала рыдать, прижимаясь к отцу.