- Удачи, - прошептала она ей, а затем покинула собственную комнату оставляя Клару и Алису наедине.
Принцесса медленно подошла к кровати и плюхнулась рядом с Кларой. Та даже подскочила. Старая кровать мерзко скрипнула.
- Алиса, как ты себя...
- Ты ведь ей всё рассказала? - Алиса говорила приглушённо, словно это был не её голос, а эхо.
- Нет, - соврала Клара, но Алису её ложь явно не убедила. Она подперла голову руками, а локти поставила на свои колени.
- Ты ведь меня предала. Да ты и вовсе мне не веришь. А я-то собиралась рассказать тебе о… - Алиса замолчала, - Это не важно. Наверное, я зря сюда пришла. Тебе моя помощь не требуется. Яролика просто заманила меня в ловушку.
- Ты ошибаешься, - Твёрдо сказала Клара, - Яролика позвала тебя сюда потому, что твоя помощь мне необходима. Я сама не в восторге, что она решила рискнуть тобой, но сейчас, придя в себя после долгой болезни, я понимаю, что твоё мнение, как принцессы тоже имеет вес. Я предлагаю твоему отцу завтра устроить переговоры о заключение мира, и я хочу, чтобы ты выступила «за».
Алиса несколько раз моргнула большими голубыми глазами.
- Я всегда верила, что ты выступишь с этим предложением. Но отец настроен отрицательно. Он сказал, что не простит тёмным смерть… - в глазах Алисы сверкнули слёзы и она разрыдалась. Клара сидела рядом и боялась сделать что-то не то.
Алиса обняла себя руками, однако Клара так и не решилась её утешить. Она дождалась, пока слёзы Алисы пойдут на спад и принесла ей набор одноразовых платков из шкафа Яри.
Алиса утерла слезы и высморкалась, но это было бессмысленно, так как они снова подступили к глазам и потребовали выхода наружу.
Клара нервно шагала по комнате ломая пальцы на обеих руках. Она видела и чувствовала боль Алисы от воспоминаний о погибшем брате. Но когда он только погиб она почти не плакала. Скорее винила себя, но до конца не осознавала. Теперь осознание накрыло её с головой. Клара ужаснулась от мысли, что это скорее всего ждёт и её. Это было действительно стыдно признать, но она скучала по Агнию и тоже не верила в его смерть. Она помнила, что в день, когда нашла его тело проревела целую ночь и целое утро. Она ничего не могла делать, потом были похороны. И ей приходилось держаться из самых последних сил. Но она не справилась, она плакала. И да, она имела на это право.
Да, ей было за это стыдно, но она любила Агния. Он сломал её жизнь, но он был рядом. У них были и хорошие моменты в конце концов. Например, Агний знал, что Клара ненавидит праздники и каждый Новый год они проводили в его кабинете за какао со сливками и разговорами о жизни. Он должен был присутствовать на празднике со своими приближёнными, но каждый раз предпочитал компанию Клары. Не хотел, чтобы она сидела одна в комнате в такой важный праздник.
Каждый раз, когда он замечал, что Клара плохо себя чувствует или утомилась от постоянной работы он приказывал своим слугам принести в её комнату пять сотен плиток шоколада. Она даже не успевала всё это съесть, как шоколад снова чудесным образом появлялся.
Она с теплотой вспоминала, как он брал её погулять в город. Они наблюдали за конными скачками, посещали театр, он даже позволял ей купить мороженное на улице, конечно после того, как его попробует её телохранитель.
И когда после длительного совещания он просто спрашивал, как у неё дела. Она всегда врала, отвечая на этот вопрос, но самым главным было то, что он интересовался. Порой он давал очень мудрые советы и не только, как правитель, но и как человек. Он научил её играть в шахматы. Не просто играть, а разрабатывать целую стратегию, нацеленную на безоговорочную победу.
Он в чём-то заменил ей отца.
Наконец и Клара не выдержала. Она имела право грустить, тоже имела право плакать. Но не хотела делать это при ней. Алисе сейчас не нужна тяжесть ещё и Клариной ноши. Она отвернулась и позволила слезам быстро стекать по щекам.
- Натворили мы дел, да? - Клара даже не обернулась, услышав голос Алисы. Она не смела смотреть ей в глаза.
- Ну да. Хотели сделать этот мир лучше, но на самом деле заботились лишь о себе. И вот к чему это привело...
- Мой брат погиб...
- Агний тоже...
И снова повисло молчание. Ни одна из них просто не знала, что тут ещё можно сказать.