Я поморщилась и, пожалуй, излишне резко отозвалась:
- Я родилась и выросла в Империи, мои родители тоже родом отсюда, никаких примесей нет!
- Странно, и овал лица, и разрез глаз... Не знаю, ваша внешность напоминает мне кого-то, но я, хоть убейте, не могу вспомнить... - задумчиво сообщила сероволосая. Хоть девчонки и назвали мне свои имена, запомнить их я не удосужилась, потому до сих пор различала их по цвету волос.
Чернуля фыркнула:
- Да ладно заливать, кто-то из твоих точно был из степных! Я права?
Я зло тряхнула головой.
- Не знаю, не могу говорить точно, может, конечно, кто из предков и согрешил, но я над ними со свечкой не стояла, под кроватью не пряталась и даже в окошко не заглядывала!
- Ладно-ладно, - засмеялась чернуля, - Мы что, претензии предъявляем? Наоборот, тебе повезло, полукровки такого рода знаешь сколько стоят? За такую рабыню имперки три того же возраста отдадут!
- Спасибо за информацию, - фыркнула я, но серенькая оказалась куда обстоятельней и любопытней:
- Простите, что такое обсуждаем, но... почему такая дороговизна?
- О, это ж кочевое племя! Они необычные, темпераментные, к тому же, как правило, замечательно танцуют - это у них в крови. Говорят, любой обряд у них сопровождается танцами, причём далеко не всегда безопасными. Клёво звучит, да? Про их Жриц говорят, что они пляшут в огне, не обжигаясь, но в наказание за это после смерти в Бездне они вечно танцуют в виде языков пламени, искушая грешников.
- Угу, - фыркнула я, - Ещё одно слово в эту степь, девочки, и я после смерти от вас не отвяжусь! Будете и в печке, и камине видеть похабные картинки в моём исполнении!
- Извращенка! - фыркнула чернуля. Серенькая неожиданно широко улыбнулась:
- Да ладно! Зато нас вряд ли чем-то в этой жизни можно будет чем-то удивить после твоих наглядных демонстраций!
Мы расхохотались, но я поддержала их только для вида. На самом деле я просчитывала один любопытный вариант. Эррар, милый, возможно, мне действительно стоит пару дней здесь погостить. Отосплюсь заодно...
Кин
Делать мне было по-настоящему нечего: Лас постоянно зависал где-то в компании своего совета магов, причём мои шуточки на тему групповух, магов-извращенцев и "не слишком ли часто, милый" он стойко игнорировал. Возвращался он оттуда не в самом радужном настроении, что говорило само за себя: он пытается отговорить магов от того, чтоб использовать меня, но они не поддаются. Я только улыбнулась: ну, подумаешь! Решайте побыстрее, дети мои...
Как бы там ни было, пока маги жеманились, как святая на мужском стриптизе, я развлекалась тем, что активно обшаривала новый дом на предмет любопытных находок. Особенно в этом смысле меня порадовал чердак, доверху забитый всякими антикварными побрякушками. Особенно меня умилил шкаф, доверху набитый различными нарядами. Какая прелесть, особенно для моих игр! Чего тут только нет! Так, что б сегодня придумать... Я была монашкой, была кошкой, была рабыней и госпожой, была страстной, побывала и пассивной. А сегодня, сейчас мне нужно что-то, что он запомнит навсегда. Но что?! Танец? Роль? Что?!
И тут у меня в душе заворочалась занятная идея. Вот оно!
Забросив звенящий шёлковый наряд в угол, я быстро сняла платье и скользнула в ванную. Подготовим декорации... И подождём. Ты будешь моим, хороший мой. Я тебя на части переломаю, как ты меня когда-то, я исковеркаю твою душу - и ты будешь моим!
Лассан Третий, бывший Император
День выдался отвратительным. Мы потеряли ещё один город, на фоне опасности маги окончательно поехали - я едва мог держать этих больных в руках. Они поочерёдно требовали то убить Киннирру, то заставить её отдать Силу, то потребовать за неё выкуп. Пока что мне удавалось заткнуть им пасти за счёт того, что меня поддерживал Остан, которого Совет откровенно побаивался, но я понимал: долго это продолжаться не может. Хотя бы потому, что они правы...
С такими невесёлыми мыслями я вошёл в наши покои, но Кин не было. Куда она опять смылась?! Я собрался уже по-новому идти разыскивать эту больную, но тут услышал, что в ванной льётся вода. Вот оно что! Улыбнувшись, я толкнул дверь и замер...
Вода давно уже вытекла за пределы ванной, выполненной в виде громадной раковины, и залила зеркальный пол. В воздухе витал аромат лёгких благовоний, которые так обожала Кин, но от него почему-то закружилась голова. Потому я не сумел сразу осознать тот небольшой штрих, что выбивается из общей картины. Вроде всё понятно: вода, зеркала, вонь ароматного дыма, плывущие по поверхности алые нити...
Как будто волосы...