Ладонь неприятно защипала и когда Клара глянула на неё, то словно застеснявшиеся, капли крови побежали прочь из руки, однако девочка даже не всхлипнула, ведь тотальное безразличие ко всему заполняло сейчас её душу. Тем не менее тело окутывал холод, в осенней-то, теперь уже сильно измызганной, куртке было нормально пробежаться пятнадцать минут до школы, а вот находиться несколько часов при нулевой температуре становилась всё тяжелее.
Неожиданно к горлу что-то подступило, а маленькое тело согнулось пополам и стало передёргиваться с характерными звуками рвоты, то ли темнота делала всё таким, то ли из Клары лилось что-то подобное нефти, да и запах был как от химикатов, а не еды, но она совсем не испугалась, может только удивилась немного. Когда всё кончилось, вытерла рот рукавом, на котором остались чёрные следы и стала всматриваться в пустую даль, потрясываясь от холода.
Одинокая фигура в красной куртке стояла на берегу небольшого озера, ум её занимала сейчас тишина, сокрывшая все обычные звуки, не было слышно вообще ничего, да и кроме воды из поля зрения девочки тоже исчезло всё, не спряталась от неё только изредка покрывающаяся волнами, будто тоже ёжившаяся от холода чёрная водная гладь. Сколько времени здесь провела девочка, которой сегодня исполнилось двенадцать, она знать не могла, ведь телефон остался дома, но она уже к большому сожалению для себя пошла обратно в то логово из которого сбегала, потому что не могла выдержать холода. В следующий раз надо готовиться лучше.
Пока Клара добиралась до своего жилища, пыталась подготовиться к новой порции глупых вопросов-претензий на которые не надо отвечать, потому что задают их чтобы тебя обвинить, а не что-то узнать. Оказавшись у себя во дворе, глянув на свой этаж, в сердце флейтой прозвучала надежда, ведь в окне был свет только от телевизора – возможно все разошлись. Она поднялась по лестнице, нажала на ручку, дверь была открыта, в коридор доносились только звуки телевизора и спиртная вонь, состоящая из чего-то резкого и чего-то гнилого, когда Кларе станет побольше лет и кто-то её спросит, чем пахнет, как ей кажется, смерть, она ответит: «как водка». Прошла мимо родительской комнаты в свою, краем глаза заметила на кресле сегодняшние подарки, родители уже спали и телевизор работающий необычайно громко им не мешал, стол лишь чуть отодвинули от кровати, на нём так и остались тарелки и недоеденные блюда. Клара увидела, что пульт лежит на кресле с подарками, а значит ей надо сделать только шаг внутрь комнаты, чтобы выключить телик, в следующий миг это было произведено и она тихо, будто не у себя дома прокралась к себе в комнату осторожно закрыв дверь. Грязную куртку бросила прямо на пол, разделась до майки и трусов и не принимая привычную ванну рухнула в кровать, почти сразу заснув.
Проснулась без будильника в шесть утра и первой же мыслью вспомнила, что вчера не сделала ни одного домашнего задания, тут же подорвалась и не одеваясь уселась за брошенную вчера математику. Сегодня примеры шли как-то необычно легко, а получавшиеся у неё ответы один за одним сходились с ответами в конце учебника. Дальше был русский язык и пока она искала в портфеле тетрадь дверь в комнату отворилась, первой же мыслью Клара подумала, что сейчас продолжится вчерашняя ругань и уже успела расстроиться за это мгновение, но показавшееся из-за двери мамино лицо выражало что-то вроде вины, так можно было подумать по поджатым губам и приподнятым бровям.
– А, ты уроки делаешь, – сказала почти шёпотом мама, – ого, блин, куртка где-то вымазалась, – сказала она так будто куртка это сделала сама, – я возьму постираю, а ты сегодня в зимней сходишь, хорошо?
Мама закрыла дверь, но быстро открыла обратно.
– Хочешь мы тебе на выходных новую осеннюю поедем купим?
Клара не знала, что ответить, потому что не думала об этом, сделала головой движения, которые нельзя было трактовать ни как да, ни как нет, но мама этим удовлетворилась и закрыла дверь. Чуть позже, когда её дочь почти доделала уроки, она принесла ей завтрак прямо в комнату и пообещала сегодня самой забрать из школы, а то дочь «наверное, не выспалась». Как обычно от учтивости и вежливости Клара растаяла и заставила себя забыть, что ещё считанные часы назад собиралась никогда не вернуться домой. На душе стало полегче.