— Искус, открой рот. Мне нужно осмотреть твои зубы. Не просто же так ты начал перекусывать камнями и металлом? Там точно должны быть какие-то изменения, — подметил я.
— Они есть. Прости, что умолчал. Но зубы у меня стали здоровее, чем раньше. Вернее… Их стало даже больше, — заявил он.
Больше⁈ Надеюсь, он не начинает превращаться в акулу. В таком виде мой соратник надолго в этом поселении не задержится. Рано или поздно кто-то заметит, что он меняется. И тогда его ждёт незавидная участь.
Искус открыл рот. Я сразу же заметил, как сильно изменился его челюстно-лицевой аппарат. Нижняя челюсть опустилась слишком низко. Здоровый человек обычно так широко раскрывать рот попросту не способен.
Видимо, произошли изменения в суставах, которые соединяют неподвижную верхнюю и подвижную нижнюю челюсти.
Чёрт меня раздери…
Зубы и вправду очень сильно изменились. Не два ряда зубов, как у акул, но зрелище впечатляющее. В первую очередь стоит отметить, что зубы у Искуса выглядят слишком уж здоровыми для человека, живущего в средневековье.
Я, конечно, рассказывал своим соратникам, как нужно ухаживать за полостью рта. Сделал для них несколько щёток, поделился пастой и антисептическим раствором.
Но Искусу как будто и вовсе не нужны все эти гигиенические принадлежности. Вот что называют «голливудской улыбкой». Все зубы белые, ровные. Каждый на своём месте. Никаких следов кариеса. Ни одной щели. Абсолютный идеал. Такое даже в моём мире редко встречается. Обычно подобный результат достигается исключительно через регулярное посещение стоматологов.
— Заметил, да? Я ведь когда-то… — заговорил Искус.
— Подожди. Не разговаривай. Мне нужно понять, какое влияние на твои зубы оказал пришивала.
— Да послушай же ты! — воскликнул парень. — Это важно. У меня ведь изначально не было нескольких зубов. Мне их выбили в драке. Но сейчас они все на месте. Это… как-то странно.
Да уж, странно — мягко сказано. Коренные зубы заново не вырастают. Всякие аномалии, конечно, бывают, но тут явно другой случай.
Плохи дела. Изначально пришивала захватил отрезок от нижней части пищевода до начала тонкого кишечника.
Похоже, сильная попалась особь. Властная. Постепенно перестраивает весь организм под себя.
Я закончил осмотр Искуса. Осталось только подытожить.
— Что тут сказать? Ты полностью здоров. Здоровее многих, — честно сказал я. — Но есть проблема.
— Проблема?
— Монстр не может выбраться за пределы пищеварительного тракта. Но он научился влиять на другие части твоего тела окольными путями, — постарался объяснить я.
— Если честно, Лад, я не вижу в этом никакой проблемы. Мне нравится этот эффект. Нравится, как я теперь себя чувствую. Пустим всё на самотёк, — Искус поднялся, отряхнул штаны от пыли. — Лучше уж я превращусь в монстра, но останусь живым, чем погибну вместе со Скитальцами будучи человеком.
С этими словами Искус направился в сторону теплиц.
Ох и не нравится мне это его заявление… Кажется, мои опасения начинают сбываться. Пришивала уже влияет на его головной мозг. Меняет сознание, психику. Заставляет думать то, что в норме Искус никогда бы не принял.
В начале разговора я всерьёз задумался о том, что Искус принял правильное решение. Что ему действительно стоит остаться здесь, с местными.
Но теперь я понимаю — они его убьют. Как только заметят в нём эти изменения, сразу же объявят его каким-нибудь еретиком и скормят Великому древу. И будут правы! Любой бы так поступил на их месте.
Нужно найти способ уменьшить власть симбионта. Его нельзя убрать, но можно ограничить его влияние. Осталось только придумать, как мне это сделать.
Но у меня сейчас и своих проблем хватает. Я не могу разорваться и помочь сразу всем. У меня самого теперь в голове растёт чёртова аневризма! Только от обычных пациентов я отличаюсь тем, что точно знаю, когда она лопнет.
Часто бывает такое, что люди живут годы, если не десятилетия, зная о том, что в их организме созрела аневризма. Но большинство понятия не имеет, когда она разорвётся. Если врачи видят, что это может произойти в ближайшее время — проводят плановую операцию. Если же аневризма стабильна, часто её оставляют в покое.
В моём случае всё уже определено. До её разрыва осталось менее трёх дней. Приговор уже сделан. Мне лишь остаётся выполнить свою часть сделки, чтобы сохранить себе жизнь.
Или схитрить…
Возвращаясь к алхимической лаборатории травников, я только об этом и размышлял. У меня всего два пути. Либо следовать указам заточённого в древе друида, либо пытаться выбраться из сложившейся ситуации своими методами.