– Хорошо, если что пригнетесь.
– Я бы давно попросил новую машину, если бы мы были в своем городе. Но здесь на другом уровне шеф всегда говорил не оставлять наши машины. Одну уже на время оставили, хотя я знаю, что попробую ее найти позже и не сейчас.
– Я бы посмотрел на него, парня в джипе, но хотел сделать это попозже.
Вот появилась улица, которая мне была знакома, если по ней мы сможем объехать перекресток и выйти на дорогу, которая была входом и выходом на наш уровень, на планету, то я почти был уверен, что там пирамиду не ставили. Слишком уж важным для каждого был переход, чтобы опылять его или забрасывать еще чем-нибудь. Так я и сказал своим ребятам.
– Тот парень за нами больше не едет, – радостным голосом сказала Атя.
– Отлично. На той дороге ветер будет сильным, пригнитесь.
– Да мне уже всю прическу растрепало, – недовольный голос Ати был приглушен.
Через минут десять мы выехали на дорогу, пришлось поднажать и они держались за сиденья. Дорога была пустынной, но все было без изменений. Все те же деревья с кронами, полными листьев, высокая гора вдалеке. В другую минуту мы ехали по дороге ведущей к городу, без деревьев, мы выдохнули и начали было расслабляться. Как я понял, на такой машине в город лучше не ехать. Неподалеку была АЗС, на ней мы остановились, я позвонил нашей команде и через какое-то время подъехал эвакуатор. Я загнал на него свою машину и вызвал такси.
На такси мы добрались до гаража на Юге. Там стоял неприметный красный ниссан десятилетней сборки. На нем мы поехали к шефу.
Секретарша была как всегда на высоте. Не обратив внимание на наш вид, она тут же доложила о нас.
Офис не изменился с того момента как мы побывали на уровне два. Всего лишь добавился торшер в углу комнаты. Что меня не смутило, так это мои грязные ботинки. Я кинул на стол пакет с майкой и платком внутри и сказал, что его стоит отдать в лабораторию.
Шеф нахмурился, он не любит фамильярности. Слишком просто было на его взгляд принести пакет. Нужно было принести его в аккуратно сложенном виде, а вместо этого я просто принес какой-то замызганный пакет.
Он нажал кнопку на внутреннем телефоне и распорядился.
– Зайди ко мне.
Едва секретарша вошла, он показал ей на пакет и велел отнести в лабораторию.
– Отнесись к этому аккуратно, – добавил он.
Она кончиками пальцев взяла лист бумаги со стола и согнула его. Затем листом бумаги подхватив пакет, она его унесла и через пять минут принесла чай и соки, воду. Я шумно пил воду, Сокол ничего не хотел, Атя смотрела своими большими глазами на меня, то на Сокола, то на шефа. Она все ждала чего-то.
Когда в кабинете стало тихо, он повертел ручкой в руках, затем показал на Сокола и сказал:
– У тебя тридцать минут.
Это было много. Обычно он давал мне в начале моей работы пять минут, ну иногда десять. Сокол начал рассказ.
– Я приехал, переход с улицы прошел как обычно. Через минут десять не смог найти их, даже на улице никто не мог подсказать адрес нормально. Я искал номер дома, потом понял, у них номера домов идут совсем по-другому, чем у нас. Наконец нашел короче их отель, а там меня не пустили в него. Потом я на парковке машину их нашел. Мы ехали вместе. А там напала на нас короче такая штука, я не знаю, но потом мы убежали. Да уехали, моя машина вообще там осталась. Меня задело немного, вот рука вообще сейчас вся странная. – И он бухнул на стол свою руку.
На темно-коричневой столешнице рука Сокола выглядела необычно, из-за своего цвета или потому что все пальцы стали очень красного цвета, я не задумывался.
– Чарли меня потом отмыл там, на автомойке. Мне лучше стало. А так кто на нас напал, я не знаю. Оружие не применил, из машины сумку с вещами моими Чарли вытащил.
Наступила тишина. Я собирался с мыслями.
– Теперь ты. – Он кивнул Ате.
– Мы были там несколько дней. Все было нормально. Потом, когда мы начали уезжать, там появилась какая-то такая штука, она пыхала и у нас сразу все стекло разбилось. Потом я наклонилась и мне Чарли помог. А потом я ничего не помню точно. Куда-то ехали. Задом, представляете! Только Соколу было плохо, мне казалось даже, – она закусила нижнюю губу и замолчала. На глазах заблестели слезы, она покачала головой и продолжила. – Потом он пришел в себя, когда его отмыли на автомойке. И его рука теперь странного цвета, а я ее не трогала. А там, на встрече, которая была за день до этого они пролезли ко мне. И я нащупала у одного из них, который ко мне приходил, рабочую идею.
Шефу было интересно, это было видно по его глазам.
– Это была какая-то штука, которую надевают на голову и видят другое время. Я не знаю, какое время, но они получать информацию хотели бы.