Женщина внутри была какой-то притягательно умной и в то же время словно домашней хозяйкой за своим столом с куличом, печеньем, чашками и чайником.
– Здравствуйте, – она не удивилась моему визиту.
– Здравствуйте.
– Что у вас, любовь неразделенная, любовь мечтающая, мстительная, пустая, суровая, слишком романтичная, безнадежная, глупая?
– Она вывалила передо мной все эти прилагательные. Я не ожидала. – Нина сжала чашку и посмотрела на Назгуль.
– А вы кто? – Не стала сразу понимать Нина.
– Мы фирма по исправлению недостатков. Раз вы здесь, то все правильно. Случайные посетители бывают, но обычно они разговаривают только со мной. Поговорим?
– Почему-то я сразу поняла, что она говорит правду.
И я начала говорить то, что хотела сказать.
– Один человек. – И тут же запнулась. – Т.е. нет. Ведь это грех. Он женат. – И посмотрела на женщину, имени которой даже не знала.
Она и бровью не двинула и ждала, что Нина расскажет дальше.
И она рассказывала.
– Когда мы встретились, мне было восемнадцать. В том возрасте для меня это казалось нормой. – Нина поискала глазами салфетки. – У него семья. Да, как странно было это. Но в том возрасте я была так глупа. Мне казалось, что он любит меня. Это была моя иллюзия.
Женщина ничего не говорила, а лишь покачала головой, и Нине показалось, что вздохнула. Но нет, она сочувствовала рассказу.
– Когда у вас были отношения? – Довольно непринужденно прервала ее женщина.
– Что? – Нина посмотрела на нее, словно раздумывая как можно было прерывать этот монолог о чистом и неразделенном чувстве таким вопросом.
Нина была задумчива и не жалела о своих словах. Слишком много времени прошло и все это уже не имело такого значения.
– Хорошо, теперь расскажите что у вас в итоге.
– Подождите. Много раз я оглядывалась назад и все эти годы думала, что это не просто так. Что это не зря. Я отключаю свои эмоции, но они меня не слушаются. Я помню звуки его голоса. Не спрашивайте меня ни о чем в этой истории. Obviously (очевидно – англ.), я зря ждала. – Нина смеется слегка. Этот смех какой-то бездушный и негромкий. – И вот я отключаюсь. И вот сегодня я почему-то здесь. Мой вопрос, что вы делаете здесь. Отрезаете нервные окончания, стираете память, бьете и выбиваете любовь. Я, пожалуй, выберу парочку услуг.
Женщина в первом кабинете протянула ручку и сказала.
– Хорошо, что у вас получилось рассказать все без лишних деталей. Напишите здесь ваше имя, дату.
Анкета была небольшой. Внизу дата. Внизу последний пункт был то, что вернуть все назад возможно. Так что следует подумать, прежде чем идти до конца.
Я пошла во второй кабинет. Мне было почти все равно. Во втором кабинете была женщина. Перед ней стоял монитор компьютера, и она просмотрела мои записи.
– Я набираю ваши данные и скажу вам вашу совместимость. Это поможет вам понять насколько истинным и прочным могло бы стать ваше воспоминание.
Немного пощелкав и рассмотрев меня, она успокоила меня.
– Загруженно, не плохо, конечно, но нелегко. У вас очень сильная линия. У него нет. Продолжать или нет, совет вам. Если не откажетесь сейчас, бремя неразделенных воспоминаний нести в одиночку потом тяжелее, чем в юности. В юности еще мечты, нереальные идеи и взгляды на будущее. В зрелом возрасте девушкам и женщинам сложнее. Так вот, моя дорогая, что решили?
– С его стороны были воспоминания? – Спросила пересохшим голосом Нина.
– Да. Но сейчас и давно уже нет.
– Понятно. – Нина написала на анкете “Сотрите все”.
– И что? – Спросила Назгуль.
– Все прошло обычно. Побыла в кресле, дали раствор воды с чем-то белым. Потом сказали выпить это. Так что я не помню, что он мне нравился. Я удивлена, что такое мне было восприимчивым.
– Давно надо было это сделать.
– Да. Но я нашла их офис только недавно. Случайно. Слушай, а может, и нет. – Она посмотрела на Назгуль с удивлением. – Вернулись мы с Жангиром быстро, с помощью Альтаира.
– У тебя были с ним отношения?
– Не знаю, как сказать. Мы разговаривали. Он мне ничего не обещал.
Раздался звук открываемой двери. Вошел Ернур.
– Расскажешь ему?
– Конечно. Не сейчас.
Прошла неделя
Он предложил подвезти ее, т.к. был уже вечер. Они ехали по ровной дороге. Ернур вел машину и словно задумался о чем-то.
– Ты слишком много думаешь, не нужно вести себя так словно ты не такая как все.
Это было неожиданно для нее. Нина не поняла, почему он так сказал. Она повернулась к нему и посмотрела. Он вел машину и словно ждал от нее ответа.
– Что ты имеешь в виду?
– Как будто между нами ничего не может быть. Ты наверняка хотела бы быть со мной.