Другие искусственные воспоминания Ати
Вот она идет одна по темной улице. Вдруг включаются фонари и становится светло. Почти как днем. Фонари трещат от напряжения, становится как днем, потом становится совсем светло и свет становится ярким, ярче света не бывает. Она жмурится от света и не может выдержать его. Этот свет идет внутрь ее и изнутри вытекает через руки и ноги. В центре этой энергии не она, а ее отдельная часть. Разум пытается противостоять свету, но надо ли. Откуда этот свет, она пытается открыть глаза. Она знает, что яркий свет опасен для глаз, но наклоняясь от слепящего потока будто от ветра, она надеется спастись и узнать что за свет. В потоке идет мысль, что она узнает.
Конец искусственных воспоминаний Ати
Краем разума она подглядывает за незнакомым. Он думает, что догадался. И смотрит во все глаза, забыв закрыться. Она медленно, очень медленно нагибается в воспоминании, которое формирует прямо сейчас. И словно чтобы увидеть откуда идет свет и что вокруг, она в мыслях, которыми показывает воспоминание, медленно открывает глаза и видит руки. В мысленном образе она видит. Это ее руки. Значит можно увидеть что-то еще. Она подключает запасной выход. В своем воспоминании она резко распрямляется, чтобы открыть полностью глаза.
Это глаза ее образа, но в воображении. Они получают максимальную нагрузку, как и незнакомец, кто подсматривал за ней. Надеясь, что он сейчас трет свои глаза, она наблюдает со стороны за картинкой, которую создала в своем образе. И держит свет на максимальной величине, которую смогла на этот момент. В эту же секунду вспыхивает румянцем лицо одного из мужчин за столом. Он медленно жмурит глаза и приоткрывает. Это невзрачный парень, у него крепкая фигура и тонкие длинные руки. Сейчас эти руки трут глаза, которые покраснели. "Нашла, – думает она беззлобно, -куда ж ты полез смотреть без защиты". В этот момент она побежала небыстрым шагом по коридору его образа разума. На главном входе была табличка „открыто“. Войдя она прошла мимо дверей с личными табличками и распахнула дверь с надписью „рабочие моменты“. Образ был ярким, она даже не успела впитать все детали.
Но суть, надеялась, что уловила. И вытащила себя из его коридора. Парень с покрасневшими глазами смотрел на нее с удивлением. Свет в ее отделе разума, куда она заманила незнакомца, постепенно потух, она было забыла про него. Но потом вернулась в эту часть образа разума и включила его вновь. Свет горел и затем она постепенно выключила его. За столом также шел разговор. Лишь незнакомец, которого она узнала по покрасневшим глазам, старался не рассматривать ее.
– "К кому бы залезть, чтобы кто-то не залез ко мне, – размышляла она".
В номере было тихо и она отпила из бутылочки немного лимонада. В то время, когда она вновь решила вернуться ко своим воспоминаниям о том дне, в дверь постучали. Чарли открывал дверь сам. Она не открывала дверь и за дверью было тихо.
– "Что же было потом, – решила подумать Атя. – Хотя кто бы это мог быть за дверью".
И вот воспоминание о его покрасневших глазах. Что там было, разочарование, злость или доверие с очарованием. Она усмехнулась и вспоминала тот день. И прислушивалась к тому что было у двери. Если бы кто-нибудь мог подсказать ей что делать. Ждать Чарли в этом отеле. Вот и все что она могла придумать.
Странное это было место. Слишком странно, что Чарли уехал без нее. И не сказал когда приедет обратно в отель. Значит ли это, что он мог быть в опасности. Жаль, что она могла влазить людям в мысли лишь на небольшом расстоянии. Она пожала плечами. Постепенно воспоминания снова проявились ярко.
Незнакомец продолжал оставаться за столом, его коллеги в деловых костюмах смотрели и разговаривали лишь с Чарли. Наконец этот разговор прекратился. Все это время Атя пыталась оставаться лишь соблазнительной девушкой со скучающим расслабленным лицом. Мужчины говорили о какой-то установке в виде треугольно-пирамидальной формы на улице. Что она должна походить на зеленую пирамиду и оставаться на всех входах одинаковой. Чарли возражал, говоря, что пирамиды слишком бросаются в глаза и не являются очевидной архитектурной формой для его города.
– Я говорю, что в наших местах пирамиды будут слишком ярко бросающимися в глаза. Я предлагаю у каждого входа поставить что-то менее выразительное, но понятное для всех кто пройдет через вход.
– А вы имеете тех, кто проходит не через вход? – спросил плотный мужчина с небритыми щеками.
– Пока не знаю, есть ли такие. Нельзя исключать такую возможность в нашем случае.