Классициум

«Эй, чувак, ты из пробирки?»
«Два пупка, четыре дырки…»
«Космачи с истопниками
Дрались голыми руками…»

Входит Истинная Вера, говорит: «Привет, ребята!
Кто не с нами – тот в бараке, а кто с нами – тот в тельняшке.
Идол хуже Гулливера, аты-баты, каждый пятый
Сгинет в межпланетном мраке, лишь бы победили наши…»
Наш орел четырехглавый над планетой гордо реет —
Две главы увиты славой, две похожи на евреев.
Главный патриот Земли
Покупает вазелин.
«Трехметровая коала
«Полюбила виртуала…»
«Где знакомился с женой?»
«На Меркурии в парной…»

Входит дева Ностальгия, плотно выкушав медовой,
У нее златые кудри и пластинчатые латы,
С ней любовник (имя – Гиви), на свершения готовый,
И еще один любовник, с гарнитурой из булата.
Ей они – огонь сражений. Им она – навроде музы.
Эхо прошлых достижений вырывается из дюзы.
Хочешь вспомнить о былом?
Вставь в реактор крепкий лом.

«Кто тут с правильным геномом?»
«Ёрзал в шахте? Станешь гномом».
«В доме атомные печи,
И от них страдает печень…»

Входит некто с пишмашинкой, имплантированной в челюсть,
А за ним такой же некто, с типографией под мышкой,
Следом катит фиш на шинах, фарширован мозгом в череп —
Время генных инженеров кончит стенкой или «вышкой».
Но пока бегут минуты – искры, листья, звезды, капли —
Над тобой, как долбанутый, всё мелькает наноскальпель.
Вот напорешься на нож —
Что отрежут, не вернешь.

«Улетел к такой-то Альфе…»
«Я играл на афроарфе…»
«Жизнь возникла из болота,
Как и всякая сволота…»

Входят все, кому не в падлу, скоро им не хватит места,
Ни в каютах звездолетов, ни на пиках Гималаев.
Фейерверки листопадов ненадежны, как невеста,
Дождь прекрасен и кислотен, кот-мутант с порога лает,
Это финишная эра, это постапокалипсис,
Пионеры и химеры – все в единый разум слиплись.
Хочешь в будущее, брат?
Я и сам бы очень рад.

«Да, вначале было слово,
Это верная основа,
Все мы – знаки, все мы – буквы,
Все мы – кровь из божьей клюквы.

И у Таси, и у Пети
Сущность жизни – хронопетли.
Как нас бытие ни крутит —
Возвращаемся на круги».