- С трудом, - призналась Эшли.
- Совершенно невыносимый тип! Сидит, развалившись, как бегемот и дымит прямо в лицо своей паршивой трубкой, которую заправляет каким-то навозом. Просто орангутан какой-то! Неандерталец!
- Согласна, - поддержала разошедшуюся подругу Эшли. - Но интервью ты у него взяла?
- Взяла ли я интервью? - сардонически расхохоталась Кейт. - Милочка, ты только подожди, пока его напечатают! Поймешь тогда, что такое разгневанная женщина. Да я там его в порошок сотру. Камня на камне не оставлю.
- Но что именно он тебе сказал? - допытывала её Дженнин.
- Немного, причем какую-то полную чепуху. Ничего, теперь он у меня попляшет. Я задала ему какой-то совсем простой вопрос, а он мне и заявляет: "Послушайте, милочка, я не собираюсь писать за вас всю статью." Наглец паршивый! А потом, когда я спросила его мнение насчет художников-постановщиков, он высокопарно осклабился и прохрюкал: "Вы, я вижу, милочка, вообще ни в чем ни уха, ни рыла не смыслите". Даже не знаю, как я удержалась, чтобы не смазать ему по его самодовольной роже. Придурок!
- Он не любит, когда его так называют, - с серьезным видом сказала Эшли.
Дженнин захихикала. Потом спросила:
- А что ты ему ответила, Кейт?
- Я сказала, что, если бы я во всем разбиралась, то не стала бы тратить время на интервью с ним.
- А он что?
- Он сказал: "давайте следующий вопрос". Я спросила тогда, испражнения каких парнокопытных он ел сегодня на завтрак.
- Ну и?
- Он сказал, что не понял вопроса. Я объяснила. Он заржал и сказал: "Зря вы так расстроились, милочка. В этом главный недостаток современных женщин - вы слишком увлекаетесь борьбой за равноправие и прочей чепухой. Вы слишком эмоциональны". Я его чуть не растерзала.
- А зря, - вздохнула Дженнин.
- Вместо этого я взяла ручку, вывела поверх интервью крупными буквами слово "ЗАСРАНЕЦ" и наградила этого козла лучезарной улыбкой. Потом оделась, сказала ему, что получила небывалое удовольствие, и отбыла восвояси.
- Теперь он вообще возомнит о себе черт знает сколько, - промолвила Эшли.
- Держу пари, что да, - криво усмехнулась Кейт. - С его крохотным мозгом. Эх, жаль я не вбила эту вонючую трубку ему в глотку
- Что ж, надеюсь, скоро тебе ещё представится такая возможность, загадочно сказала Дженнин.
Кейт метнула на неё встревоженный взгляд.
- Что ты имеешь в виду? - подозрительно спросила она.
- Он тоже приглашен к ужину.
Кейт чуть не подпрыгнула.
- Что! - взвизгнула она. - Джайлс Кредсли? Здесь? Господи, Дженнин, как тебя угораздило?
- Боюсь, что это моих рук дело, - сокрушенно призналась Эшли.
- Ты что, обалдела?
- Наверное. Но в последнее время он вел себя так хорошо... Я решила, что он исправился.
- Только посадите его как можно дальше от меня, - заявила Кейт. - Не то я за себя не ручаюсь. Вина-то налейте, злыдни! Напьюсь с горя.
- Можешь хоть всю бутылку выпить, - сказала Дженнин. - Я пойду на кухню.
ГЛАВА 14
Вечеринка удалась на славу. Дженнин, как всегда, приготовила настолько восхитительные закуски, что даже Мэгги дохлебала суп до конца. Когда Мэттью убирал со стола, Дженнин метнула быстрый взгляд на Мэгги и убедилась, что девушка, слава Богу, слишком пьяна, чтобы принимать участие в беседе.
Почти весь вечер Джайлс не давал никому и рта раскрыть. Дженнин пыталась вспомнить, где она читала, что в смешанной компании мужчины разглагольствуют почти восемьдесят процентов всего времени. Она с радостью услышала, как Элламария, перебив Джайлса, спросила Кейт, сколько та просадила в Монте-Карло. От ответа Кейт глаза Элламарии поползли на лоб. Она далее поинтересовалась, не видела ли Кейт каких-нибудь знаменитостей. Дженнин тут же заерзала на стуле и, наклонившись к Бобу, о чем-то его спросила. Кейт сказала, что видела только принца Альберта и еще, кажется, принцессу Стефанию, хотя в последнем и не совсем уверена.
- Но постой-ка! - вскричала вдруг она. - По-моему, я ещё тебя видела, Джен! Ты помнишь? - спросила она Джоэля. - Женщина, которую привел в казино этот чудовищно богатый араб? Она была похожа на тебя, Джен, как две капли воды. Я даже с ней поздоровалась, представляешь? С ума сойти можно. Говорят, у каждого из нас где-то на свете есть своя копия, но в первую минуту я готова была отдать голову на отсечение, что это ты. Ты, случайно, не знакома с какими-нибудь арабскими шейхами? Не прячешь их от нас?
Перехватив взгляд Мэттью, Дженнин почувствовала, как кровь бросилась ей в лицо.
- Ой, она покраснела! - вскричала Кейт. - Значит совесть нечиста. Ну-ка выкладывай, что ты от нас скрываешь!
Глаза Дженнин были прикованы к Мэттью, но он, как ни в чем не бывало, улыбнулся и начал разливать по бокалам вино.
- Никакой копии у нашей Джен нет, - сказал он. - А вот что есть, так это Doppelganger.* Вроде доктора Джекила и мистера Хайда.
*Двойник (нем.).
- О, Мэттью! - укоризненно воскликнула Кейт. - Как тебе не стыдно?
Глаза Дженнин метали молнии, однако она сдержалась и ответила с улыбкой:
- Не обращайте на него внимания - он и трезвый-то не всегда понимает, что говорит, а уж сейчас...
Тем не менее каждый из присутствующий посчитал своим долгом за неё вступиться. Мэттью выдержал град упреков и увещеваний стоически, даже не пытаясь оправдываться, и Дженнин вздохнула с облегчением.
Элламария пристально наблюдала, как Кейт держится с Джоэлем. Порой, видя, как она едва ли не с открытым ртом ловит каждое его слово, она готова была на стенку лезть. Элламария была свято убеждена, что Джоэль - мерзавец, каких днем с огнем с сыскать. Она привыкла судить о людях по глазам, а у Джоэля Мартина они были холодными и жестокими. Перехватив её взгляд, Джоэль улыбнулся и приподнял бокал в молчаливом тосте. Элламария улыбнулась в ответ. Бедная Кейт, придется ей самой разбираться в своем любовнике - никто из них помочь ей тут не мог. Почувствовав прикосновение руки Боба, она повернулась к нему. После Джоэля Мартина во рту у неё осталась горечь.
Боб тем временем наслаждался обществом Джайлса Кредсли. Быстро хмелея, тот становился все более развязным и хвастливым. Даже не понимал, что над ним потешаются. Джайлс был свято убежден, что знает абсолютно все, и, с завидным постоянством вмешиваясь в любой разговор, не терпел ни малейших возражений.
Боб же, а за ним и Мэттью, из кожи вон лезли, чтобы его провоцировать. Джоэль тоже с любопытством прислушивался к ахинее, которую нес Джайлс, порой с опозданием спохватываясь, чтобы придать себе серьезный вид в ответ на обращение Джайлса. Эшли вжалась в кресло и молча страдала от стыда и унижения за своего толстокожего коллегу. Господи, неужто он сам не понимает, что делает из себя посмешище?
В отличие от присутствующих мужчин, Дженнин быстро утратила всякий интерес к Джайлсу; повернувшись к Кейт, она спросила, как продвигается книга. Это была ошибка. Оказалось, что Джайлс, тонкости слуха которого позавидовала бы любая летучая мышь, тоже пишет книгу. Услышав это, Джоэль подмигнул Бобу, а Мэттью в очередной раз наполнил всем бокалы.
Боб с нескрываемым интересом выслушал самовлюбленного графомана, который излагал незатейливый сюжет, самозабвенно попыхивая трубкой.
- Джайлс, замолчи, - простонала Эшли.
- Нет, нет, пусть продолжает, - возразила Элламария, подмигивая Бобу. - Нам очень интересно.
Джайлс удивленно выпучился на неё и выпустил изо рта внушительное облако дыма.
- Что-то вы многовато курите, старина, - не удержался Джоэль.
Джайлс вынул трубку и уставился на неё с таким изумлением, будто видел впервые.
Тут кто-то громко икнул, и все, как по команде, повернулись и посмотрели на Мэгги. Она икнула снова, а затем, неохотно оторвав взгляд от кончика собственного носа, который пристально разглядывала уже минут пять, с трудом сфокусировала глаза на Джайлсе.
- От ваш нешет, как иж шортира, - прошепелявила она, каким-то непостижимым образом установив, что виновник омерзительных миазмов именно он. Это были первые слова, которые девушка произнесла за весь вечер. Очевидно напряжение оказалось для неё непосильным, поскольку выглядела бедняга так, будто её вот-вот вырвет. Боб, не выдержав, от души расхохотался.