—Спасибо.
Ванька сияет, как начищенный пятак, я сажусь на заднее сиденье к нему.
—Расскажите, как у Вани дела в школе. —просит Сергей, перестраиваясь в средний ряд. Ваня достает телефон и утыкается в кислотно—яркую игрушку. Все понятно, не хочет он говорить, как у него дела в школе. А рассказать есть о чем: драка с Чибисовым, двойка по физике, обещание выучить историю к завтрашнему дню. Ванек едва—едва качает головой: не надо, Надеждыванна. Я медленно моргаю. Сговор заключен.
—Все у него хорошо. Будем его выдвигать на старосту класса в сентябре.
Ванек облегченно вздыхает, но телефон из рук не выпускает.
—Не, меня не надо. Полинку надо.
—Думаешь, она согласиться?
—Она сама хотела. Помните, когда ревела в три ручья у вас в кабинете? Ну, из—за Колычева.
Я хмурюсь. Конечно, помню. Не далее, как позавчера, Марк обложил матом безобидную Полинку за то, что она посмела сделать замечание «девушке» Марка. Новенькой по фамилии Воробей.
—Грит, если она будет старостой, то у нее будет право орать на всех. —продолжает выкладывать все карты на стол Ванек.
—Полина? Это которая твоя подружка? —вклинивается Сергей. Ловлю его хитрый взгляд в зеркале заднего вида. Понятно. Не только учителя улыбаются на дружбу Полины и Вани. В семействах Ефимовичевых и Сазановых тоже, видимо, не обходится без шуточек в сторону сладкой парочки.
—Сазанова. —Ванек старательно делает вид, что не понимает подколов брата. Я старательно пытаюсь не рассмеяться. —У которой хомяк сдох.
—Очередной?
—Ага, — откликается Ванек, снова утыкаясь в телефон. — Ревела в три ручья вчера. Но не из—за хомяка, а из—за Колычева с новенькой. А по мне так ей разок в нос засандалить и все. Придурошная.
—Почему это?
—Потому что ей жопу скоро напополам разорвет
—Ваня! — мы с Сергеем возмущаемся в один голос.
—Че сразу Ваня? У нее джинсы на ползадницы спускаются, и стринги красные ух, как врезаются вовсюду. Больно, наверное.
—Так попробуй сам надеть, сразу поймешь. — предлагает Сергей.
Я прикусываю щеку изнутри, а в голове звенит напоминание: позвонит маме новенькой, позвонить маме новенькой...
—Нихт. — смеется Ванек. —Пусть эта дура натягивает их хоть до пупка. Весь класс из—за неё поделился на группки и боится.
—Новенькую? — не поверил Сергей. — Вы же класс. Можете объединиться против неё.
—Да пошла она. И Колычев вместе с нею заодно. То еще ссыкло.
—Ваня! — Сергей хмурится и грозит брату кулаком. Я же не говорю ничего, просто пытаюсь делать выводы. Для меня, как для классного руководителя, не самые приятные.
—А где будешь отдыхать летом? — пытаюсь сменить тему я. Ваня сияет.
—На море поедем, да, Серый? — Сергей смеется и кивает, мол, поедем, егоза. — В Крым! Вы были в Крыму, Надеждыванна?
—Была. Там красиво.
—А где? Мы в Алушту поедем. И потом — в Севастополь. Вы были в Севастополе? Надеждыванна вообще много где была, Серый!
—Ну, вряд ли вы в Хабаровск летали? —смеется Сергей. Я улыбаюсь. В прошлом году Ванек все уши прожужжал, что старший брат служит на Дальнем Восток. И что Серый обещал привезти после дембеля трехлитровую банку с икрой. Интересно, привез?
—Нет, в Хабаровске не была. Как думаете, есть смысл туда лететь?
—Там… Не так как у нас. Но по-своему интересно.
Ваня оторвался наконец-то от телефона и подозрительно притих. Навострил ушки и ловит каждое слово, которым мы обмениваемся с Сергеем. От неловкости мне хочется уткнуться в свой телефон, но смартфон в сумочке под стопкой тетрадей и достать его непросто. Тем временем, мы выехали на последний светофор.
—Возле поворота остановите, пожалуйста. Я дворами дойду.
Сергей тормозит, и я сердечно благодарю. Мне правда повезло объехать час-пик с другой стороны города.
—До свиданья, Надеждыванна! — машет рукой Ванек.
—До свидания, Ваня. Не забудь, завтра история! — не удержавшись напоминаю я. Ваня фыркает, мол, ерунда ваша история. Я улыбаюсь и прощаюсь.
—Надежда Ивановна!
Сергей и Ваня все еще выглядывают из окон своей вишневой девятки. Братья похожи, как малина и крыжовник, но есть в них что-то неуловимо общее. Может, эта хитринка в глазах? Или улыбка с ямочкой, так знакомая мне за три года работы классным руководителем Вани?