Всё-таки он кое-что соображает, этот тупорылый номенклатурный отморозок. Почти как Алек-хан или даже Макиавелли. Умный попался! Особенно его фирма. Знаю я и такую опасность, ох, знаю. Даже не соображу пока, как стряхнуть… вас самих первыми! Поэтому и приходится, немного остыв, вслух признать правоту начальства. Но всё же частично. Поскольку кое-кто, и оно в том числе, ещё не понимает, что в принципе на меня где сядешь, там и слезешь.
- Тут я соглашусь, Мартиныч. Но и вы должны с пониманием относиться к действующим технологам процесса, тем более что технология эта ещё неизведанная, действительно нано. По сложности и по непредсказуемости последствий она попросту беспрецедентна! Кто не действует, только тот не ошибается. У меня есть ещё одно извинительное обстоятельство. Надеюсь, всё-таки извинительное. Потому что заранее извиняет все мои имеющиеся и будущие погрешности.
Отчего эти погрешности возникают?! Скажу и об этом. Дело в том, что влипание в мелочи, в детали любого неизведанного технологического процесса всегда неизбежно. Оно сопутствует всякому великому начинанию. Да и не великому тоже. Ни один созидатель - хоть чего-нибудь - не может преодолеть болезненного пристрастия к деталям, к мелочам. Отсюда и бесконечные ошибки или даже провалы. Теряется фокус! Масштаб! Это же так естественно! Но когда он их всё-таки преодолевает, только тогда добивается результата. Созидает нечто небывалое, и сам его первым постигает!
Думаю, вы и без меня это знаете. Прорыв сквозь детали, провалы и ошибки созидания и есть экспликация истины! Её выявление, её установление! Однако успешное их преодоление всегда только вопрос времени. Поэтому до результата чаще всего ещё нужно попахать. До седьмого пота повозиться именно с такими затягивающими в себя деталями. Суметь как раз преодолеть их в результате подобной пахоты и возни с ними. Наделать ошибок, а потом превозмочь ещё и их.
- Ну-ну… впечатляет. И что вы хотите сказать, сообщая мне все эти тривиальности?
- Дайте же мне прорваться, дайте! Не дёргайте по пустякам! Не мешайте, не спутывайте! Я учту всё сказанное вами, обязательно продерусь через них, сквозь эти лопухи. Обязательно пройду! Обдеру бока, но выбегу в грозу! Всё образуется как надо, и всё в порядке окажется. Когда же досадные и просто трудоёмкие детали, все тяжкие подробности развёртывания проблемы останутся позади и наконец придёт реальная необходимость генерального прорыва, уж будьте уверены, я сумею ударить. Отойти, вернуться и вновь ударить. Сколько требуется раз. Как Черчиллю и не снилось. Изо всех сил, безжалостно и беспощадно. Поверьте!.. Уж за этим-то у меня никогда не заржавеет. На меня где сядут - там и слезут! Поверьте!
- На вас, на вас, только на вас, дорогой мой Савва, все надежды. - Начал потихоньку успокаиваться мой сановный покровитель. - Однако помните всегда, днём и ночью, ночью и днём - цели всегда следует добиваться во что бы то ни стало. Во что бы то ни стало! По головам идти! По го-ло-вам!.. Вот так - хруп-хруп-хруп!.. Иначе к ней никогда не ходили! Как, впрочем, и ко всякой даме, если она хоть чего-то стоила! Знаете, как это замечательно ощущать - хруп-хруп, хруп-хруп?! Только после этого она будет твоя!
Вот же, сморозил на этот раз, так сморозил! Хруп-хруп ему подавай! Почему не хряп-хряп?!
- Но вечером-то, Владимир Мартинович, хоть вечером можно немного расслабиться и никому хруп-хруп не делать?! – Это я так забрасываю удочку, чтобы разведать, что же он ещё про меня знает. Не дай бог, может, что-нибудь про ту Лолитку батыевскую с трассы всплывёт. Агентура донесла и про то. Но нет. Всё оставалось спокойно, руководство и бровью не повело. В таком случае, вероятно, просто страховочный втык мне состоялся, для профилактики. Канонический. Нас дерут, а мы крепчаем. Начальник элементарно провёл разъяснительную работу и теперь успокоился. Без люлей как без пряников!
- Можно. - Буркнул. - Только осторожно.