Последнего контрудара он не сдержал. От неожиданного двойного удара-лизка в самую уязвимую точку (не скажу какую) Борман так расчувствовался, что опять перешёл на «ты» и даже назвал меня по имени. Чуть позже так и сказал: давай, Савва, хоть попрощаемся по-человечески, я тебя скоро снова найду, на тебя все надежды, Родина тебя не забудет, Верховный для тебя звезду Героя побежал отливать, а может просто отливать, наслушавшись про тебя. Сплошное «ты» в устах ордынского начальства всегда означает наивысшее расположение из всех возможных. Респект и предельное уважение. Мой же начальник, куратор и спонсор в одном лице, тут опять молвил что-то типа «и много денег тебе во все карманы, а также здоровья во все органы», и тому подобное. То есть, продолжал безответственно горячиться. Тут конечно явно не по чину, да и не по теме.
Не выдержал закалённый партайгеноссе чересчур долгого, профессионального бодания со мной. Немудрено. Меня мало кто выдерживает в больших дозах. Это же всё-таки я! Так что пробрал старика основательно и безжалостно. От былой невежливости и агрессивной поучительности рейхсляйтера не осталось и следа. Много ещё кое-чего высказал он мне, пока вся юность из него не вышла, комсомольская его, не вытекла и не затекла обратно. От гордости за такой результат у меня на какой-то момент слегка в зобу дыханье спёрло. Рефлекторно хотелось добить дедушку, но пока удержался. И того достаточно.
Нагнуть самого Бормана! Согласитесь, это чего-то да стоит! Правда, его репрезентативка «я тебя скоро снова найду» всё-таки не слишком радовала, но в целом всё равно ситуация устаканилась. Явно обещала ещё некоторое время оставаться хотя бы такой же, как и прежде, то есть, сравнительно сносной, пусть и не вполне спокойной. Жизнь, постояв, вроде опять пошла хорошо. Хотя хорошо жить получилось бы намного лучше. В частности, при скорейшей реализации начальственного пожелания множества денег мне во все карманы и здоровья во все органы. Кто-то может быть и возразил бы против этого или поскромничал, но только не я.
Глава 19. Раздвиньте мне веки
Глава 19. Раздвиньте мне веки
- Лежал-лежал бич в кустах в самых полных отрубях, а к нему в штаны уж заполз. Встал бич пописать, рылся-рылся, всё никак не мог найти нужную деталь организма, потом всё же нашёл и конечно обрадовался. Вытащил ужа за головку, стоит, покачивается, ждёт-пождёт, а струи всё нет. Наконец бич разозлился, поворачивает змея к себе головкой, всмотрелся и спрашивает: эй, чувак, так ты писать будешь или глазки строить?!
- Представляешь, если бы там и вправду глаза были?! Чего б только они ни видали! Особенно, когда до тошноты гоняют взад-вперёд. Немудрено, что всё время рвать тянет.
- У докторов, я слышал, такое есть. В смысле прибор. Эндоскоп называется. Только его не стошнит и не вырвет. А так всё то же.
- Что только врачи ни придумают, лишь бы подсматривать, куда не просят! Наглядеться не могут, сволочи. Это, как их, экс…эксгибиционисты! Во!