Темнело. За окном, вверху, какое-то прохожалое радио засвиристело, засюрчало, приблизилось, а потом вдруг на ходу взяло да и сказало - очень даже всех напугав - вполне многозначительно, да ещё и с нажимом, со значением, словно бы пароль на явочной встрече: «Добрый вечер, господа. Начинаем концерт для тех, кто в пути». И словно бы ушло то радио куда-то в обозначенный путь, пропало, словно в бесконечность провалилось, вместе со своим владельцем, то есть, с прохожим. Словно бы за собою властно поманило. Бомжики смятенно переглянулись и опять кто смог пересчитали у себя мурашки. Вроде все на месте. Комплект пока что полный. Однако они ещё некоторое время продолжали сидеть неподвижно, ожидая какой-нибудь пакости от пребывания в непривычных, комфортных условиях. Ясное же дело, что так просто никогда ничего не бывает. Тем более бесплатный сыр. Подлянку ожидать в таких мутных делах всегда не только можно, но даже и нужно!
Изображение заново приблизилось к уверенной чёткости, контрасту и глубине пятнадцатого межгалактического стандарта.
Бомжомамка в уголке, не скрываясь и нисколько не таясь, растирала жилистые ляжки, выставив их напоказ, и опять несколько неинтеллигентно покричала мужу, или кто он там ей был на самом деле:
- Эй ты, каз-зёл. Гоняй сюда! Жрать наверно будем.
Папа-бомж вновь обиделся, теперь на «козла» со стороны своей нежной половины, и решил внести коррективу. Вновь с нацелом для всего общества, чтоб хоть что-то ему прояснить. Почесал давно перебитый, а спереди ещё и разодранный нос и с вызовом заявил:
- Это я - командир эскадрильи! Я между прочим самолёты сбивал!
- Да ты-ты, урод, заткнись! Сбивальщик мне нашёлся. Сбил бы хоть одну приличную шабашку!
На это опять с непривычки прошёл сбой межгалактической связи. Какой эскадрильи? Где эскадрилья? Кто командир? Почему командир? Для чего это надо было сказать?! Где логика? Причинно-следственная связь?.. В исказившейся слуховой и зрительной картинке помещения тишина теперь зависла совсем непонятная. Накладка в этот раз прошла даже по семантике звука. Однако техконтроль ближайшей станции перемодуляции импульса на Альфа Центавре быстро поправил брак. Тем не менее, дежурный оператор с Большого Магелланова Облака его всё-таки зафиксировал и сделал соответствующую пометку в журнале, в графе: «логические особенности туземной коммуникации». Под угрозой стоял весь исходный инфопоток с уникальной планеты где-то там, трудно даже припомнить, где именно.
- Да кто бы возражал?! Сбивал так сбивал. - Механически и чуть ли не одновременно откликнулись оба шахматных игрока и, переглянувшись, коротко похмыкали - мол, везёт нам, ещё один импОтент нарисовался. И в самом деле козёл, а туда же - тоже не хочет быть собою. Хотя, в принципе, и вправду, если по совести - кто хочет?!
- Но я-то действительно командир! - Настаивал бомжопапка, всё больше обижаясь на дурной народ.
Любимая женщина командира эскадрильи злобно хохотнула на это его настойчивое утверждение. Опять конечно не соглашалась. Фредди глянул на неё, на свисающие белёсые лохмы, слегка призадумался, затем сказал сыщику:
- Имей в виду и запомни следующее: добродетельная героиня обязательно должна быть блондинкой. По имени Сара, не как иначе. Первое правило Голливуда. В любом фильме так. В нашем скоро тоже так будет. Она и должна была появиться, потому что в каждом человеческом кубле всегда должна быть своя леди Ди, Сара или какая-нибудь другая белокурая стерва, но беспрерывно гадящая леди. Ты только посмотри на неё! Королева крыс! Настоящая леди Кры! Любая Сара отдыхает! Даже голову раз в год моет! Сразу видать, что блондинка. Короче – наш кадр!
Затем Фредди вернулся к шахматам и опять поставил сыщику Осклизкину привычный шах. Отчего неформальный лидер, признанный ВИП подземной человеческой группировки и бывший надземный сыщик наконец потерял терпение. А может оно у него просто кончилось и его никто не терял. Адресуясь бомжопапке, сыщик проговорил ему с угрожающим добродушием:
- Бери сюда пеленг. И слушай внимательно. Сильно внимательно. Только ничего не пропусти! Как только доцент сдаст партию - так я тебе сразу же свечку и вставлю. Как комэску, эксклюзивно - по самый элерон. Так что пока готовься! Можешь подмыться, не возражаю.
Тогда Фредди добродушно ухмыльнулся и почесал колючий подбородок:
- Давно не слышал настолько интеллигентного общения!
- Сам такой!
Тем не менее, папа-бомж настойчиво выходил на третий круг всё более тёплого контакта. Его наверняка перемкнуло, видимо потому что и размыкало никогда. Он так ничего и не понял, адаптации проявил ноль, как, впрочем, и керосина в баках:
- Но я же действительно был командиром эскадрильи! И сбивал самолёты.
И сделал угрожающий крен в сторону болельщиков. Комэск явно нарывался, чтобы его проучили по-настоящему. Скирда есть скирда. Вообще редкостная природная пакостность придавала поведению бывшего лётчика закономерный оттенок вызывающей аристократичности. Рано или поздно он должен был получить своё. Однако неоконченная шахматная партия, связывающая руки возмездию, всё ещё откладывала его неотвратимое наступление.