В правом верхнем углу проскочил входной символ межгалактической связи, подключились новые звёздные системы. Число абонентов резко возросло. Передача явно набирала рейтинг. Спустя полминуты внизу кадра прошёл мелкой вязью универсального контактора поясняющий текст с кратким содержанием предшествующих событий. И картинка восстановилась в полном объёме. Четверть Большой Вселенной наконец заинтересовалась невероятной фигнёй, происходящей в отдалённом эфире и поэтому срочно затаила дыхание. Что-то будет дальше?!
В кадре запечатлелось хаотическое движение насытившихся, прекрасных в своей первобытности двуногих существ без перьев. Кто в сортир двигался, вероятно, полагая, что лучше мочиться, чем быть мочимым, кто откидывался на батарею отопления или на кровать отключения, а кто и тут же, прямо на месте трапезы ловил явное удовольствие оттого, что ещё жив, затягивался дымом из насушенных на батарее ядовитых окурков. Однако карла всё равно водил глазами отныне только за палевными дядечками Жориком да Коликом. Судя по всему, и в самом деле никак не мог решить, что у кого оторвать. Где на самом деле искомая зюзька может находиться.
Фредди вдруг быстро зашептал, наклонившись:
- Гляди, как этот сучёныш опять за нами всеми наблюдает. Даже немного всплыл вместе со своей летающей тарелкой! Глаза – во, именно по тарелке каждый! Что творит, собачонок?! Вот циркач!.. Крошка, а ну, сделай «ап»! С переворотом в воздухе. Мы тебе поаплодируем. Смотри, гад, не реагирует!
- Нет, он просто колеблется!.. А ты без лишних слов. Просто скажи – «ап!» Без всяких «крошек» и без понуканий. Вдруг среагирует?! Впрочем, тебя он вряд ли послушает. Вот я - другое дело. Но я пока не хочу.
- Видишь? Среагировал, зверёк. Наверно всё-таки понимает человеческую речь. Даже обрадовался!.. Действительно, меня он не послушает. Сыщик, а сыщик, что-то мне спать и в самом деле расхотелось. Наверно это нам ему хочется что-нибудь оторвать или отрезать?! Чтобы стали повиноваться.
Мухортов, укладываясь рядом на ближнюю койку, поддержал общение обоих невероятно вдумчивых и потому полуподвальных ВИПов:
- Да у нас самих всё давно отрезали. От меня даже нищие в церкви шарахаются. Чёрные коты убегают, когда я им дорогу перехожу. А было же времечко! Я тогда в подземном переходе жил и каждую ночь через мою постель проходили тысячи женщин!
- Да ладно врать! - Равнодушно вставил ему Норкин, также улегшийся почивать. - Мы и сейчас ещё ничего. То есть, пока есть через что перешагнуть. Особенно через что у меня. Если не споткнётесь. Хоть и пописать на один раз осталось. В подземке я как на паперти - всегда свой парнишка! Никто не шарахается. Или почти никто. Только перешагивают по-быстрому, а то и перепрыгивают, на скорости проскакивают мимо и уносятся вдаль. Не веришь?! Пойди, спроси!
В нижнем углу кадра опять проскочил терминальный синхрон на в принципе непереводимую игру слов. Что-то из разряда общей справки по делу.
Сыщик, махнув рукой, - ещё чего, ходить спрашивать, главное, у кого - и тоже улёгся, заскрипел пружинами да сеткой, подворачивая под себя одеяло. Постепенно и все остальные приняли горизонтальное положение. Спокойно и довольно безмятежно они все это делали, хотя наступала их первая ночь в непонятно как заманивших их апартаментах и потому ожидать можно было чего угодно. Однако народ как всегда наплевал на всё и даже начихал. Даже Фредди, вопреки своим угрозам не спать и караулить судьбу, отключился почти что сразу. Переутомился, бедный. Папа-бомж заснул отдельно от мамы-бомжа, во-первых, так гигиеничней, а, во-вторых, и условия не располагали к серьёзному контакту с пахучей леди Кры, может Ди, а то и самой Сары Горынычевой. Да и других постояльцев видимо ещё следовало постесняться, не настолько сроднились, чтобы при них предаваться непонятно чему. Короче, принцесса так и осталась до востребования. Режиссёру купюр не понадобилось. Уже хорошо.
Младенчик же, великовозрастный, довольно миловидный мутантский бройлер, по-прежнему бдел себе налево и направо. Рикошетом оприходовал окрестности студенистым хозяйским выстрелом-взглядом. Поминутно менял то ли облик свой, то ли просто выражение лица, то ли запотевшую маску со скафандра. Правда, чуть-чуть ещё урчал-рычал. По-кошачьему, а может и правда по-собачьему. И по-прежнему никак не переставал брезгливо принюхиваться к исходящему отовсюду нестерпимому запаху ничем нетронутой, злокачественно девственной, и оттого постепенно разлагающейся человечинки. Свежесколоченная, могучая, и вправду почти танковая его зыбка висела на хорошем, только недавно украденном, буксировочном тросе, привязанном к проходящей под самым потолком толстой канализационной трубе. Не просто висела там, а ещё и покачивалась, подрагивала, чутко реагировала на всё, что шевелилось и хрюкало вокруг.
Вот она крепко покачнулась, словно на волне. Это первой ласточкой метнулся, нехилым топором дровосека раздался и прокатился начальный храп. Сначала леди Кры, она же бомжомамка, визгливо прогорланила ночную увертюру и пустила первого злого духа. Одновременно нежного такого. Прекрасным метеором он просквозил сгущающуюся атмосферу и подал знак к ночной артиллерийской атаке всего сообщества. Незамедлительно в строй вступил второй акустический источник, затем третий, четвёртый, пятый. Загуляли ветра шальные. Довольно скоро органная многокалиберная пальба замолотила по ставшим невидимыми окошкам ночлежки. Кто только не отметился в заразном артиллерийском деле! «Артиллеристы! Зовёт отчизна вас!».
Один только сыщик не издавал никаких таких звуков, даже не считал метеоры и не загадывал желания. Его как будто и не было тут. Словно он в этих краях и не бывал никогда. Даже не ворочался, никаких ни добрых ни злых духов не выделял и не запускал трассирующими змеями в небо. А может и вправду не он тут был только что?! От ВИПа, как от Вия, всего можно ожидать. Может вместо него там двойник как покойник лежал, словно у генерального секретаря или президента любимого? Этого никто из зрителей пока ещё не знал. И даже не догадывался, что скоро обо всём узнает. Да ещё пожалеет, что узнал.
Извне транслируемой, отлично репортируемой реальности, а потом и в ней самой появился некий странноватый, сильно сыплющийся шорох. Вот он полностью стал фиксироваться и в действующем кадре. Наряду с прежними, артиллерийскими колебаниями среды. Вероятно, то был звук ссыпающихся в океан настоящих земных пустынь. А почему бы и нет?! Он и вправду был - сначала лёгкий, потом всё более нарастающий гулкий и массивный шорох. Произошло даже определённое наложение звуковых амплитуд, собственных и привнесенных. Поэтому ещё сильнее задрожали невидимые стёкла ночных окошек. Но не от храпа, не от пука практически былинного, а ещё и от куда более мощных и более согласованных подвижек всё плотнее окружающего пространства. Плюс в нагрузку началась подлинная вакханалия совершенно неясных цветных бликов, отблесков и теней. Все они, словно всклокоченные крысы по амбару, в панике метались по стенам и потолку, усиливая общую сумятицу и отчаянно тревожащую неопределённость. Но их никак не оказывалось на спящих человеческих существах. То ли их там ещё не включали, то ли на совсем погасших, провальных сознаниях их попросту не могло быть.