Вот тут-то и говорит мне эксклюзивный овощ с придорожной канавы, моя матёрая лолитка, человекоядная нимфетка окаянная, тигровая акулка, чёрный пояс по блуду, месторождение каменного угля или что там ещё - а на самом деле простая, самая обыкновенная отечественная кузька, - а, вот мол, видишь, дружок, что у меня за ушком?! Да-да, за тем самым, которое ещё только что тебе так нравилось?! Ты даже нюхал его, не морщась, ни разу не срыгнув. Посмотри внимательнее! Тебе это ничего не напоминает?!
Ну, думаю, оказывается, ещё ничего не кончено и она так просто не даст себя забыть! Мне и в самом деле ещё придётся до конца осознать, до чего же я попал, промахнувшись часом ранее. Всё! Конец! Караул! Никакая она не простая, тем более не кузька. А именно подосланная акула-золотая-рыбка, исполняющая каждому как бы по три желания, но в действительности одно и много раз по три раза. А я уж точно влип в какой-нибудь СПИД термоядерный-перелеченный. Оттого и демпинг такой произошёл в изъезженном проулке, тупике или проезде, полтинник всего понадобился, хотя на самом деле делов-то на рубль-двадцать. В зобу дыханье спёрло и закружилась голова. Пусть и на секунду. Когда же она прошла, можно сказать, пролетела, посмотреть всё равно пришлось. А куда деваться? Даже вновь остановился на обочине, не зная, куда же теперь-то ехать. Даже в руках дискоординация. Может сразу к прокурору сдаваться?!
Так вот. Смотрю, а там и вправду какая-то синеватая припухлость, кажется, от укуса какого-то насекомого. Или от удара. Но всё же не исключено и оперативное вмешательство. Прямо на сосцевидном отростке височной кости, сразу за левым ухом, там, где обычно крепят слуховые аппараты. Это, поясняет сие плотоядное цветущее дитё с акульими глазами матёрой путаны, у меня антенна такая, активная. Брат вживил, муж то есть. Он меня чётко контролирует и вот так ведёт по белу светушку. Как славную, милую, очень добрую овечку. Всё-всё, что я говорю или что говоришь ты, он всегда слышит… и в блокнотик обязательно записывает себе и записывает. Учти это себе на всякий случай.
Так-так, облегчённо говорю сам себе. Вот оно как бывает! Если есть в чём-то надобность, то ей всё равно, кто именно её осуществит - высоколобый умник или несовершеннолетняя кузька с придорожного лопуха! «Драли её дауны и доктора наук, драли её Бэтмэн и человек-паук!». Смех и грех! Я оказался дауном.
Сразу отлегло в душе. Поскольку всё как будто и раскрылось. Так малолетка попыталась мне свою кузькину маму показать, свой секретный артефакт задействовать, продемонстрировать портативный агрегат возмездия мужчинам. Оборонительный рефлекс такой. На самом деле эта кузька, как жучок-притворяшка, по-детски выпячивалась, надувалась, прежде чем расстаться. Или всё ещё напугать хотела. Она с самого начала это делала, честно предупреждала, а я её остерегающий лепет за бред легкомысленно принял. Она же таким образом не то, чтобы блюла себя, но скорее безопасность свою обеспечивала. В превентивном порядке, чтобы не вздумал обижать. Мало ли, что дядьке в голову взбредёт?! Вдруг полтинничек захочет назад отобрать, да с переулка Орального зверски выгнать на какую-нибудь паршивую магистраль общегенитальную?! У него же на лбу не написано, кто он такой на самом деле! Вдруг вот такой извращенец?!
Тем не менее, я всё-таки исследую это дело, всенепременно. Раз уж оно само так хочет. Теперь оно меня по-настоящему заинтересовало. Братский руководящий фингал за ушком у впервые и реально попавшейся мне настоящей кузьки с трассы, наверняка в будущем сгодится. Как первообраз грядущего нового изобретения. Когда бы знали, из какого сора растут инсайты гения?! Всё у него может быть, всё! Впрочем, именно таких экземпляров в моих разнообразных экспериментах по жизни и вправду ещё никогда не попадалось! Действительно ярких, впечатляющих! С ног сбивающих, в койку, то есть, заднее сиденье бегом укладывающих. Думаю, протокол новых испытаний мне всё-таки придётся составить на какого-нибудь чувака по фамилии «инкогнито». Буду и в самом деле считать, что я их так планировал. Особо изощрённо. С присущим мне гениальным вывертом.
Нет, здорово всё-таки получилось под самый занавес! Не ожидал! Вот же тебе спасибо, Ксюшка какой ты там хан на самом деле - теперь и не важно. Молодчина, да и только! В ногу шагаешь. Вот оно - веяние времени! Даже центровые, плечевые природные месторождения, самые начинающие среди них сексуальные скобяные изделия, наикузейшие из кузек - и те шизятся каждое на три дурдома, бахвалятся своей радиоуправляемостью. Как всё назрело в обществе, до какой степени! До чего соскучился народ по настоящей управляемости?!
Как же измотало его бремя никудышного сознания!
Вот она – глубинно-голубиная народная тоска по вертикали управления, по самой-самой жёсткой и самой недвусмысленной. Зубами ляскающей. Воющей прямо-таки, из каждой хромосомы, как из будки. Только приди! Только овладей мною! Только начни приказывать! Как же это всем, оказывается, надо?! Вот где моя самая главная отправная точка. Запомни ещё раз, Городецкий, и открыжь себе на вводном сетапе по самой полной форме. Даже вот в таком, глупейшем и казалось бы позорном извороте судьбы тебе неизменно сквозит, пробивает всё то же, предназначенное только тебе и только для тебя. Всё то же! Ничто случайно не случается, даже… м-м-м… ладно уж. Хотя и это мысль. Следует запомнить, в качестве кредо, что ли. Или самооправдания.
Всё же таких экземпляров, как Ксюшка Алек-хан, мне бы в лабораторию в качестве исходного материала. Хоть парочку. Да я бы с ними горы свернул через несколько месяцев! Причём весело, ярко, запоминающе - на всю оставшуюся жизнь. Потому что как такое забудешь, хотя на первый взгляд оно и самое обыкновенное, словно у всех?! Почти. Как вспомню, так вздрогну. Она же у меня всю лабораторию научить как правильно прыгать с вышки. Ой, мама! На самом деле спасаться надо всегда, спасаться везде, до дней последних донца, спастись и никаких гвоздей, чтоб не оказалось поздно. Жаль, в машинах не делают катапульт. Или устройств самоподрыва при угрозе полного захвата и оккупации. Тогда на некоторых участках дорог обочины были бы сплошь усеяны следами отползающих сбитых лётчиков. И сплошь обелиски, обелиски… раздуваемые всеми ветрами.