За стенкой что-то и вправду вновь резко и мощно прошуршало, проскреблось, а затем стихло. Раздался какой-то тихий-тихий посвист, как от пёстрой ленты, потом лёгкий вибрирующий гул на высокой ноте, словно бы какое-то бормотание или сюрчание. Но что конкретно, пока всё-таки было не различить. А ещё хотелось! Страх понемногу перестал улетучиваться. Поэтому Фредди какое-то время продолжил слушать, прислонив ухо к обвалившейся части стены. Черты его лица, и без того осунувшегося, ещё более обострились. В глазах вновь замерцал полночный ужас.
Камера бесстрастно фиксировала отчаянные насекомьи страсти. Оператор едва сдерживал зевоту, не зная, какой план теперь брать.
- Ты понял, да? Будто в морской раковине шумит. Свиристит-сюрчит. Накатывает и затихает. Навроде прибоя. Словно бы тихий, но такой и вправду сильный, что должна бы и стена вибрировать, а она глуха и неподвижна. И холодная, как... уже даже и не скажу что.
- Зад у тебя холодный, горячей только батарея бывает. И то, когда кузьку на ней жаришь. Стена и чтоб не была холодной! Подольше тут наболтаешься с тобой - и не то почудится. Может быть там, в соседнем подвале, компрессор работает, ты не подумал?! Канализацию пробивает для новых ВИПов.
.- Вот, гад, интересно - попаду я в него отсюда кирпичом?! Нет, ты понял?! Точно! Никакой он не Сусанин! Ему ещё усики - вылитый Гитлер получился бы. В Волчьем Логове.
- Много ты думаешь о нашей помойной яме! Ладно!!! Всё! Заметено! Не было этого! Не бы-ло!.. Пошли жрать, вон зверьки прибывают, благодетели, дойные карасики наши. И дня не прошло, как они - вот, опять здесь, косая сажень в задах. Смотри-ка, аж лоснятся, золотые вы мои, да краснопёрые! А всё же не менты! Загадать бы кому желание – ни в жисть не разгадают!
Опять зашкалило контактор. Картинка на мгновение подёрнулась расфокусом смены плана. Карла, по-прежнему находящийся в парящем командирском кресле, явно работал на камеру, профессионально, грамотно, пристально смотрел, как и положено, прямо в правую верхнюю четверть объектива, для придания особой живости и многофункциональности своего кадрового облика. Агентурные возможности у него и вправду теперь проявлялись весьма разнообразные. Порой откровенно недюжинные. Иногда он прикрывал глубокие глазищи свои и в этот самый момент словно бы уходил в самого себя и тогда как будто вновь где-то пальба открывалась. Словно по дельтапланам с добычей с Земли били зенитки. И сам он при этом, как сразу подметили сыщик с доцентом, наиболее смышлёные члены его экипажа, до того мелко-мелко трусился, то есть, трясся, словно бы это приклад автомата всё ещё и вправду колотился ему об плечо. Наверно он и в самом деле где-то там, из параллельного мира, как раз и стрелял. Только по другим своим жертвам. А может и сюда вновь прицеливался, в суверенность здешнюю метил, интервент проклятущий.
Тем временем открылись и закрылись двери, запахло дармовой пищей и от этого у народа принялись сладко барражировать головы, уже привычно шарахаясь и увёртываясь от потусторонних разрывов. То есть, начинали как бы сами в себе кружиться, по-хищному дельтапланить над обнаруженным объектом пищевого вожделения, щёлкать оставшимися зубами. Один из младших по званию благодетелей-деградантов, освободившись от судков, наверно впервые в жизни изобразил гуманистические наклонности. Он пощекотал глазастенького малыша в районе наибольшей сейсмической активности, наклонясь и устрашающе шевеля чёрными усиками со следами недавно вытертых соплей действующего аватара. Фредди задержал дыхание. Давай, пацан, не тяни! Не томи!
- У-тю-тю. Ка-акой малчик. Ву-умный. Лэнин будэт!..
- Обязательно будет! - Дружно грянул весь полуподвал и опять затаил дыхание. Мол, давай дальше по списку! Кем ещё?
Наконец карла не подкачал - убедительно, хотя и видать, что демонстративно, несколько с натугой, но всё-таки описался. Сейсмограф скакнул вверх. Ленинизация прошла успешно. Впечатлило почти всех. Бомжомамка леди Кры совершенно зарделась от удовольствия, какой большенький, однако, стал. Даже перестала бросаться злобными косяками во все стороны.
(Цветность покатила наивысшего качества. Притом отовсюду. Понятно, что настолько непринуждённо мог привалить только промежуточный катарсис.)
- Какой там Лэнин?! Так даже Лэнин не может!
- Всё равно может! Но не так!.. Более человечно, по-доброму, что ли. Так что бери повыше, хозяин.