Великий бомжатский мыслитель господин Мухортов между делом выдвинул новое определение алкоголизма, как такого состояния, когда пить совсем не хочется, но надо. Жизненно необходимо. Господин бомж по фамилии Норкин, будучи содокладчиком, активно утверждал, что алкоголь в любом виде настолько полезен для организма, что об этом даже врачам стало известно. Эти дураки в белых халатах долго сопротивлялись великому знанию. Сейчас вот, наконец, прозрели, боженька сподобил. Ходят все красные от стыда, что раньше такого не понимали. Пока бомжи специально не просветили. Мухортов непрерывно переспрашивал, так неужели же полезней, чем даже никотин, на что приятель ответствовал в том смысле, что конечно полезнее, а как иначе. В доказательство приводил широко известный в камышовом народе пример того, как даже во время Чернобыльской ядерной катастрофы смог выжить лишь сторож пьяный, да сменный караульный начальник, случайно на запах к нему забредший и тоже спасительно набухавшийся.
В одной каморке сидели и квасили, а тут, понимаешь, такой атомный конфуз приключается со всей округой. Хрен ти что. Явно совсем некстати, ещё полбутылки оставалось. И всё-таки начальник лишь по третьему году от лучевой накрылся (от десятой отказался, дурак), недостаточно, значит, был защищённый, а вот дедку, вусмерть пьянющему вохряку, хоть бы хны. Женился потом. Правда, без детей, без новых мутантов обошлось. Но излучение тут ни при чём. Просто не хотелось почему-то того глупого сексу. Всегда же и везде по жизни главное вовремя отключить мозги да и рухнуть в подстилку. Ещё лучше где-нибудь так потерять их, чтоб совсем без возврата. Якобы тогда даже после женитьбы получается выжить. И ничего так себе ещё может сложиться. Ходят же по подвалам настоящие легенды о некоем великом старце, только так и дожившем аж до пятидесяти лет. Многие из бомжей до сих не верят. Сказки, говорят, чего только ни набрешут люди добрые.
На это доцент, как человек вроде грамотный, не выдержал и заявил, что причина в том, что дедок потому минимальную дозу и получил, что под лавкой пьяный валялся, за бетонным парапетом своей вневедомственной охраны, а почти тверёзый начальник, пытаясь его поднять, стоял. Потому все рентгены на грудь и принял. Правильно, согласились бомжики, надо же было и ему добрать дозу, уйти в отключку. Лёг бы рядом носом в лужу - вот и спасся бы вместе с ним!
- Эй-й, бичи-и! - Кстати пронёсся по сводами долгожданный богатырский клич. - А не нарушить ли нам кислотно-щелочной баланс?!
Народ встрепенулся и сразу же его не просто нарушил, а вдарил по нему так, что тот кислотно-щелочной баланс сразу же опрокинулся и запросил пардону. Однако поздно было, поздно. Потому что тут даже бы и пристыженный Чернобыль отдохнул!
Затем, покачиваясь, всё ещё человеки дружно спели свой корпоративный гимн - арию незабвенной денатурки Синеглазки: «Ой, цирроз, цир-ро-оз!.. Не циррозь меня!». Всегда при его исполнении корпоративным солистам казалась и жизнь хороша и жить хорошо. Все существа вокруг чудились прекрасными, невероятно миловидными и, главное, добрыми мифическими персонажами, почти как женщины. Всегда подольют сколько надо и сковородкой по голове не скоро ещё бить начинают. Слёзы на глаза наворачивались от чрезвычайной волнительности такого момента. Потом, от-синеглазившись, можно было спокойно запасть и на соседнюю кочку в болоте! Рыдая и булькоча от рухнувшего на голову большого человеческого счастья!
Мухортов, изрядно перекушав этой самой чудодейственной «синеглазки», тем временем кругами возле подельников скакал, прыгал, чиркал элеронами по стенам и зудел-зудел как зелёная муха в банке, поливая всех ВИПов, всё импОтентское начальство сильно нехорошими словами. Мол, какое оно ещё и хлипкое, всеми ветрами валяется куда ни попадя, вот потому-то и дохнет по всяким Чернобылям, что просто замечательно и лишний раз доказывает, что бог всё-таки есть. И не может не есть.