Норкин вдруг подхватился и побежал в дальний угол подвала, для понту как бы что-то расстёгивая, будто на пуговицы уже заработал. Бомжомамка ойкнула при виде осторожно выглянувшего змея с грустными такими глазками. Норкин уже через плечо снисходительно успокоил:
- Не боись! Я его держу! Да и ручной он почти.
- Одомашненный. – Подтвердил доцент. – Сам видел. Кусаться не кусается, а только кувыркается. Где ни попадя.
- Что ты там копаешься?! Как ни тряси, последняя капля всё равно в трусы. Давай, быстрее! Я тоже хочу.
Хорошо подвешенный язык всегда чешется. Прежде всего в камышах и подвалах! Особенно там, где обо всякий косяк самое дорогое тесануть можно. Кто не верит – проверьте! У языка тогда сразу большой иммунодефицит развивается, любая зараза, любой словесный понос к нему так и прилипает. Намедни даже леди Кры вот так же почесалась и сразу же высказалась в том смысле, что у них, у бугров, совсем не стоит (сама проверяла), даже тренькаться им приходится ложиться. Так и ёрзают взад-вперёд, пузом по пузу, скользкие такие, смотреть противно, последней капли так вообще никогда не дождёшься, не то, чтоб засадить как следует. Потому как ещё и ноги у них какие-то не такие, слабые очень, ни темп, ни размах никак не держат. Не то, что вот, например, у неё самой, у бомжоледи. Хоть куда, словно у скаковой лошади. Гляньте! Показала их по всей пупырчатой длине. Коллеги по цеху вновь исключительно внимательно ознакомившись с предъявленным вещдоком, в результате почти единодушно согласились и с этим её утверждением. Ноги вправду хорошие. Гран-при возьмут. Если только чемпионат будет в подвале. И если не считать многочисленных цыпок, похожих на трупные пятна. И фурункулов заместо лимфоузлов. В результате интимная беседа на весь полуподвал дошла до семейных тайн мадридского двора. После нескольких фраз об «облико морале» командира эскадрильи, наверняка являвшегося де-факто супругом означенной мадамы, участники дискуссии высказали пару слов без протокола и о чаде её, уж слишком откровенном и недвусмысленном инопланетянине.
- Откуда он у тебя? - Дотошный доцент осторожно кивнул в направлении невозмутимо парящего на тросе клозета-опочивальни юного пришельца. - Только честно. Муж спит. Все шансы - как на духу исповедаться трудовому коллективу! Он поймёт. Наверно.
- Хрен же его знает, - решила во всём признаться бомжомамка. – Видать, и вправду ветром надуло. Знаешь, как в камышах тянет?! От каждой кочки. Ночку вот так полежишь, а к утру благополучно опухаешь, бля буду, как английская королева. Так потом брюхатая и ходишь девять месяцев. Или даже больше. Ни туда и ни сюда, даже в баке мусорном порыться пузо не пускает. А муж у меня не художник, как видишь, его давно сбили, денег на аборт не даст. У него их вообще нет, денег тех. А если и бывают - то редко. Так именно и пришлось выродить вот это самое Чмо. Даже не помню как. Очнулась - а он вот он! Зырит своим глазенапами, будто я у него чего-то стырила или под баком родила. Но не там, это точно!
- Но если серьёзно? – Не отставал пытливый исследователь. - Усыновила? Ты уверена, что он именно твой? Сама же сказала – «Чмо». Это о родненькой-то кровиночке?!
- Ага, со своих миллионов всё думала, кого бы облагодетельствовать! Родила сама, это верно. Такое вроде не забывается. Но вот как - и вправду не помню.
- Довольно странная непонятка. «Вроде и был грех, а на самом деле - где, с кем и как - не помню». Хороша была вечеринка, спасибо, хоть не гавкает. Так, что ли? Как это «не помню»?! От кого хоть родила-то?
- Да ты каз-зёл совсем! Догадайся с трёх раз!
- Понял. Родила, сдала, а потом назад забрала. Ты же добренькая. – Подключился к интересной теме сыщик Осклизкин.
- Откуда знаешь? – Леди Кры подозрительно вылупилась и на него. - У-у-у, да не так всё было! Отстаньте! - И махнула рукой безразлично и опустошённо. Видать столь тупой вопрос её саму не слишком-то интересовал.
- Вы все так и делаете, то и дело. Потом всё равно опять сдашь на опыты.
- Вот и сдам. Тебе-то что?!
- Потому наверно и сдала, что струхнувший при виде инопланетянчика доктор сразу после родов предупредил тебя: «Зашевелится, стреляй!».