Экран у инопланетян незамедлительно выдал резкий всполох титров и формул. Но тут же всё быстро успокоилось и затихло. Потому что стало ясно - так здесь принято поступать на всех уровнях жизнедеятельности. Неправильных мочить не только в сортире. Порядок превыше справедливости. Абсолютная легитимность силы, лишь бы имелась. Непререкаемая вертикаль всякой власти, лишь бы гнобила. Всё вместе - от бога - сила, власть и порядок. Жить захочешь – никуда не попрёшь. Если прижмёт - и не так раскорячишься. Тише будешь, дольше будешь. Зачем нам этот мир, если в нём не будет нас. Всем гореть в аду, а мы пойдём в рай. И всё такое в том же духе. Не поверите, эта галиматья здесь мудростью зовётся. Здешний президент её часто изрекает. Значит, так оно и есть.
Карла возбуждённо икнул и чуть не подавился тем самым вспомогательным агрегатом, что у него во рту словно дельфин в проруби плескался. Затем вдруг с нескрываемым профессиональным интересом глянул на сыщика. Вроде как, вот это по-нашему. Давай, дяденька, покажи ещё раз, как ты это сделал?! Только помедленнее, пожалуйста. Я конспектирую.
При этом в нём явственно прорезались черты незабвенного нацистского фюрера. Даже какие-то усики похожие обозначились на совсем теперь не младенческой верхней губе. Потом глазищи его вновь запульсировали, подёрнувшись голубоватой дымкой бездны, откровенно нездешних оттенков. Осклизкин по природной сыщицкой тупости ощущений так и не воспринял столь интересного взгляда со стороны, да и облика. Зато это всё очень даже заметил вновь помертвевший Фредди. Доценту даже показалось, как оттуда, словно из зависшей над ними летающей ночной инопланетной вазы приподнимается ствол таинственного излучателя, всё ещё косящего под соску, и направляется лучом прямиком в сыщикову спину. Вот-вот врежет лучом джедая. До-командовался тут, понимаешь. Не так надо было.
Фредди вновь принялся растирать глазки учёные свои кулачком чумазым и удивляться, отчего же это никто кроме него не подметил столь удивительного афронта со стороны всеобщего любимца. Растёр. А ничего и нету! И пацан тихо-мирно сопит в кроватке. Поэтому Фредди сразу же обмяк, махнул на всё рукой и по-быстрому слёг в кроватку. Ещё и ворча всякое-разное: мол, ну вас всех, даже слушать не хочу, не то, что смотреть. Просто сугубым поленцем повалился в кроватку доцентушка, отчего хоть в печку теперь его совать можно, лишь бы здесь не оставлять.