Тут, к месту, Шахов вспомнил и про слухи, которые теперь стали походить на правду. Будто бы именно Авк сделал губернатору докторскую диссертацию по продовольственной безопасности страны, модной во все времена суверенной теме как же всё-таки сделать так, чтобы народ не помер с голоду. А может быть и не губернатору написал он такой дисер. Поскольку именно с помощью всё той же, не к ночи будь упомянутой, «продовольственной безопасности» сам иудушка Горбачёв прорвался к власти и вскоре развалил всю страну. Авк всегда отпирался от такого соавторства с новейшим Геростратом. Однако теперь всё напрямую говорило за то, что связь профессора с сильными мира сего, несмотря на всю его нелицеприятную критику власти и нелюбовь к ней, куда более значительна. Может быть, намеренно декларативна. Отчего получили место быть и все обильные преференции сверху, непрерывно льющиеся на старую плешивую голову. Отчего именно Авка и сделали главным научным консультантом всего текущего мероприятия. Да если бы только этого!
Так что отныне вектор следственных мероприятий и в самом деле мог поменяться и очень даже круто. После внезапно произошедшего прокола по Фрейду, ничтожного, но как пелену сдёрнувшего очередную маску с его профессора, Шахов в этом почти не сомневался. Фрукт ещё тот оказался.
Когда замечательные участники предстоящего действия окончательно истомились и перестали дожидаться чего-то главного,
когда после долгожданной встречи высочайше-лупатого начальства из Кремля все насытились, да отвалились по кустам - тогда-то это самое действие взяло, да и нагрянуло очищающим и высвобождающим громом. Потому что как раз обнажилось то, на что можно было легко накинуть аудиовизуальное лассо какого угодно калибра. Потому что как водится у людей во все времена, сил сопротивляться внезапно подкравшемуся року уже ни у кого не находилось. Чем этот рок всегда чрезвычайно подло и пользуется. Сначала лишает сил, потом употребляет во все дырки. Ничто не говорило за то, чтобы на этот раз он поступил иначе.
Один только Шахов как всегда ушёл вовремя, выскользнул изо всех удавок словно налим - сквозь все кордоны и оцепленья, вёртко и целомудренно. Как будто к пианистке. На самом деле просто двинулся по своему обычному маршруту. Одинокий не только дальше и качественнее всех сходил, но и опять целее всех остался. Его вновь никак не оприходовал случай. Ушлого комитетского следователя не подстрелил ни один боец из многочисленной охраны. Не потому что не попали, а поскольку не целились совсем. Это была далеко не первая, даже не десятая ходка столичного следователя на волю сквозь оцепление служивых дракончиков вокруг Ближней малины.
Однако даже столь замечательная, но таки проходная удача пока мало что давала. Поэтому искателю опасных приключений опять и опять приходилось затаиваться и наблюдать естественное дозревание событий, искать среди них приплод, пусть даже и с выпирающими старыми костями. Всё делать для того, чтобы хоть самому уцелеть, то есть, не слишком впредь подставляться. Иначе кто бы тогда оставался голубем мира, кто бы в таком случае смог внести умиротворение и законность на эту хронически суверенную территорию?! Как раз этого-то Шахову со временем получалось добиваться всё труднее и труднее. Слишком явно он помимо своей воли обозначался, а также подставлялся.
С попытками избежать самоподставы было особенно проблематично, поскольку сопровождающие Шахова и с ног посторонних сбивающие запахи некоей секретной лаборатории, аура великого, но по-прежнему таинственного эксперимента над людьми - на этот раз и вправду излучались весьма нестерпимые. И более чем реальные, поскольку сильно действовали на нервы в числе прочих и престарелому, видавшему виды философскому старенькому отморозку. Он же так и не покатал на своём горбу ни одной #лядюшки. Отбил все атаки блуждающих маток. Одновременно ни одному начальнику не отказал. Чем не завиден жизненный удел?! Куда тут Аристотелю, первой крупнейшей жертве «блуждающих маток бытия», подлинных его волчиц?!