Наши благодетели рассчитывали так - нам только «ап» скажи и всё между нами обрушится. Всё само собой и произойдёт. На их взгляд мы до предела выголодали своё в камышах и на свалке. Одичали до исходного состояния первобытных людей, почти выбитых за пределы цивилизации. Потом нас поместили в искусственные, высоко стерильные условия. Подкинули Раздражитель в виде очень напоминающего нас существа, однако в то же время совершенно другого, более продвинутого. Тем более, столь похожего на младенца, то есть, одним своим обликом надёжно цепляющего нас за глубинные, природные инстинкты и тем самым охраняющего его от нас. В то же время такой внедрённый «стиль умиления» становится и вещью обоюдоострой. Такие особи, бывает, могут особенно раздражать или даже бесить, особенно по ночам, когда безумно хочется спать! Любого грохнешь, лишь бы не мешал! Тогда порвутся любые социальные и культурные ограничители. Чем и пользуется всегда бешеная сука эволюции, пожирающая своих же детей. Я всегда говорил, Андрюша Чикатило и есть подлинный герой нашего времени. Да и не нашего тоже.
Глава 53. И мальчики кровавые в глазах
Глава 53. И мальчики кровавые в глазах
Детей всегда любили и умели убивать и всегда придавали этому особое значение. Это не было какой-то особой жестокостью присущей именно роду человеческому. Даже звери не настолько безжалостными бывают по отношению к своему же собственному потомству, как именно род Человека Разумного. Детское жертвоприношение слишком часто становилось основой каких-то глубинных подвижек в развитии человеческого сознания, отчего через серию социально-психологических катастроф, основанных в том числе и на детоциде, род Homo и становился Sapiens. Нам просто невероятно страшно и больно об этом говорить, но именно что-то такое предельно свирепое и дремучее лежит в основании наших душ. «Страшный внутренний позыв к уничтожению святыни». Он и родополагает нас, как вид, более всех остальных на Земле склонный к самоуничтожению и через это захвативший власть над всей планетой.
Детоцид весьма и весьма известен в человеческой истории. Он не просто характерен для неё, а симптоматичен, поскольку является ведущим родовым признаком. И далеко не только на ранних стадиях онтосоциогенеза. На крови детей много чего совершалось человечеством и прежде всего выстраивалось. Издревле существовали обычаи жертвоприношения детей при возведении храмов, о чём не принято говорить. На их крови замешивались фундаменты величайших сооружений, все вечные каменные кладки. Это всегда бывали поистине сакральные жертвы, которыми освящались многие прорывы человечества. Величайшие памятники древности слишком часто обагрены кровью невинных детишек! А мы ими теперь любуемся и ахаем от восхищения. Они и вправду сакрализованы до предела. Потому что именно кровью невинных беспомощных детей. Кстати, львы точно также сначала пожирают своих прежних детёнышей, прежде чем построить себе новый прайд. Тем более уничтожают чужой молодняк, у которого шансов выжить после встречи с посторонним и грозным дядей львом практически не остаётся. Но даже самый сумасшедший лев-каннибал – ягнёнок по сравнению с человеком.
- Да-да, это всё так и есть!.. - Кивнул головой Серёгин. – Я тоже читал об этом.
- Подкинутый нам крысёнок или паучок, которого мы принимали за инопланетянина, и должен был взломать нас изнутри. Точнее, доломать все внутренние табу, ограничивающие и давящие нас изнутри. Мы должны были его убить, чтобы стать другими. Элементарно обязаны. Ты сам много раз говорил о том, что он буквально нарывался на что-то, так и выпрашивал чего-нибудь с собой уделать. Чего в итоге с успехом и добился. Вытащил у каждого из нас главное, что нужно было организаторам всего этого мероприятия. Последнюю человеческую жилку. И отворил последние врата. Ты полностью убеждён, что в столь чудодейственно озверинской нашей «синеглазке» кроме спирта были только чернила?! С чего бы вдруг она оказалась настолько «чудодейственна»?! До того меняла мировосприятие, как ни один алкоголь, ни один наркотик не в силах. Ведь дешевле и проще было простой самопальной водяры нам подкинуть. И озвереваешь с неё вроде покруче! Так нет же!