- Могу добавить из него же: «Земная жизнь – в лучах плывущий сон!». Действительно, где это всё, где?! Тоже неотрывно об этом думаю. Всё-таки несправедливо всё устроено, причём изначально и конечно же не нами! Тогда почему отвечать нам?!
- Ты только сейчас подметил, озабоченный ты наш? А ещё аналитик! Да ты оглянись вокруг. Посмотри на давно полумёртвых людей, на нашу власть, которая действительно перед смертью, словно крыса в запертом со всех сторон трюме, визжит, изворачивается да на людей все свои грехи валит! Уж она-то как никто чувствует приближающийся к ней амбец. Поэтому она всё нам и устраивает! И пандемии и войны. Всех пытается утянуть за собой. От неё-то и тянет подлинной мертвечиной. Буквально физически ощущается это стремительно нарастающее приближение какого-то действительно рокового момента для всей земной человеческой жизни. Вот он, смотри прямо перед собой, через призму кладбища, как и всякого другого некрополя, мёртвого города, это всегда особенно хорошо видно. Видишь?!
Да вот он! Во-он, край мёртвого океана уже равняется с живым! Пока он не успевает перелиться в наш ещё живой океан и выровнять свой собственный дифферент. Но совсем-совсем скоро у него всё получится. Потому что последний, блаженный и потому несокрушимый рубеж по-прежнему плескающейся земной жизни всё-таки прорван. Её последняя плотина, круговая оборона наших камышовых братьев-подельников оказалась всё-таки сокрушена. Казалось бы, уж бомжей-то наших ничто не пробьёт, а оно вон как вышло! Они же считались как тараканы, мол, и ядерную зиму переживут! Даже их проломили! Сейчас через них окончательно взламывается хвалёная несокрушимость всего человеческого рода перед злобным космосом, который тем самым уже разваливает нас изнутри. Внутрисемейная всечеловеческая агрессия через них запускается на самом исподнем, материнском уровне, на его скальном грунте, чего точно ещё никогда не было. В любую минуту начнётся война всех против всех. И понесётся душа каждого в рай. Где нашими душами зацементируют предбанник господа нашего, как там его?! Попомнишь мои слова!..
- Так что делать-то?! Никто в плен давно не берёт! Сколько раз пробовали сдаться! Постоянно выгоняют, гады. Самим, говорят, места не хватает.
- В нашем полуподвальном трюме, как только вернёмся туда, и произойдёт последний, заключительный этап. Финальная схватка устроенного play off. Готовься. Можешь заранее подмыться. Оставшийся в живых, по задумке авторов текущего Апокалипсиса, и станет крысиным королём, точнее, крысиным царём. Воплощением Сверх-агрессии, Сверх-жестокости, Сверх-человечности. Полученным красавцем обрушат обычный человеческий мир. Им начнут выбивать последних людей, как потешных таракашек - и летом и зимой, и весной и осенью. Одним только видом, но скорее всего и запахом – он будет их всех сметать со своего пути и с лица земли! Расчищать глобальные буреломы веками навороченных и давно гниющих жизненных пространств. Под тех, кто уже вероятно спускается на нас сверху – некромонгеров из атакующего нас передового отряда расы уничтожителей планет. Так и вижу их, планирующими из-под облаков, в радостном предвкушении потирающими руки или пожалуй таки щупальца.
Из нас сделают поистине забойную метлу неумолимых рейнджеров небытия, которой примутся выметать целые регионы. А потом и всю страну.
Сыщик не просто солировал, он извергал тонны кликушечьей руды:
- Большому Адронному Коллайдеру даже не снился настолько обесчеловечивающий коллапс, который несчётное количество лет раскручивает отечественный синхрофазотрон власти. И вот теперь именно в него столь органично вписываются некромонгеры, полностью замещая собою наших неэффективных властителей. Процессом радикального перерождения под себя захватываемого человечества они с неких пор стали заниматься вплотную. Пример тому – на редкость бесчеловечный эксперимент с нами. Казалось бы, что же с бомжей можно взять, кроме их убойного запаха?! Однако не исключено, что так оно и есть. Может быть, в целях получения как раз такого запаха от существ, из последних сил отчаянно борющихся за жизнь нас сюда и собрали. Его отжимают именно из таких как мы наиболее стойких оловянных солдатиков. Словно из крыс, отчаянно сражающихся за жизнь в герметично запертом трюме.