- Нет, всё-таки Жорик прав. - Громко заявил и Фредди. – Мы и вправду спим, все до единого. Друг другу только снимся. Особенно днём. Ночью же просыпаемся… и к нам пристаёт вот этот (кивает на аэробус)… или эта. Учит летать по филиалу своей преисподней. Дельтапланить! Он - наш лётный инструктор оттуда, массовик-затейник, хоть улыбочку пришейник. Понятно?! У нас он вовсю отрывается, тащится по любому поводу, как в ночном клубе. В качестве прикола курсантов себе набирает, на очередной поток, словно на курсы сценаристов. Потому столь беззастенчиво и внаглую морочит людям головы. Такой чертёнок важным персонам совсем не страшен, поскольку абсолютно непонятен им. Страшен он только нам, поскольку и мы не совсем живые. Нас именно поэтому состыковали, мы же как никто его понимаем. Или хотим понять, что ещё важнее. Может быть, он неизбежен для каждого, но совсем по другой причине. На самом деле вовсе не летун он, а самый-самый настоящий вахтёр, ещё немного и начнёт пропуск у каждого требовать. Это когда нас совсем обдерут и до точки доведут.
- Опять затянул свою песенку, доцентушка недобитый. – Восхитился Жорик. – Однако, господа, и вправду - почему же сатанёнка подкинули именно к нам?! Нашли крайних?!
- Мы слишком отвязались от обычных людей, чересчур сами по себе живём, мало от кого зависимы и именно этим крайне опасны. Прежде всего, для наших бугров и другой потусторонней нечисти. Мы страшно далеки от остального человечества, от основного поголовья, гонимого на бойню. Как хищники поступают с отбившимися от стада овцами?! То-то. Преобладающим, когда стадо бредёт и те и эти хищники совершенно спокойно управляют им, уверенно погоняют с двух сторон, и бугры и черти. А вот мы как-то так отбились и проскочили непонятно куда, как и зачем. Вы думаете, кого на нас спустили в этой колыбельке, а на самом деле летающей тарелочке?! Нет-нет, не вахтёра на турникете, а на самом деле инфернальную овчарку, действительно, цербера специального назначения. Самого крутого фраера из преисподней. Его по спецнаряду прислали завернуть нас, овечек некогда божьих. Загнать - куда овечек и положено загонять. Назад, в общую массу. Потом, как и остальных – исключительно на живодёрню. Цоб-цобэ-э! Б-е-е-е!
- Пошёл к чёрту, идиот. Все мозги обделал! Как будто мы сейчас не в аду и не на живодёрне! Опять понесло, не остановить! - Попытался остудить доцента переставший ухмыляться сыщик. - Не пугай! Не то забебекаю и первый сдамся. Лучше буграм. Да только, сволочи, в отличие от чертей они в плен не берут. Души тем более не выкупают, ни оптом, ни в розницу. Что им потом с таким товаром делать?! Да цен сейчас таких нет, как при докторе Фаусте.
- К маме хочу. – Как бы в шутку, но что-то не очень, захныкал Жорик. - К маме Клаве. Затрахали меня тут совсем!
- Поздно, Жорик, поздно. - Погладил его по головке доцент Серёгин. - Мамка Клавка тебя же и сдаст назад в овчарню, а то и сразу на живодёрню. Она самая главная людоедка. Знаешь, сыщик, мне казалось, что я всё-таки смог прибиться назад, к людям, неважно каким, даже как будто и после зоны. Однако свобода теперь мне кажется хуже тюрьмы. Действительно ад. Единственно, что хорошо, - здесь разлагаться дальше некуда. Тут даже почвы для этого нет. Микробы не выдерживают столь замечательных условий. Прямо на скале дохнем, как лишайники мумифицируемся на материнской породе, именно, как на Клаве. Ну что ж¸ будем постепенно превращаться в мощи, когда-нибудь кого-то может и освятят, мы всё равно почти ничего не крали. По-любому ни для кого всё равно нет будущего. Потому что совсем кончилось прошлое. Оно ещё в той почве осталось, в гнилой. Черви его давно впитали, а теперь даже нами брезгуют. Не потому, что они не черви, а оттого, что мы теперь не мы. Сильно невкусные ошмётки людей. Думаю, бомжи в могилах все нетленны, как святые! А что?! Глазки у нас одинаково крест-накрест, да и сами – как позавчера с креста снятые. Только что не мы чудеса творим, а с нами.
- Однако подозрительно ты всё время каркаешь, доцент, всё жути нагоняешь. Не в его ли, как раз интересах?! – Сыщик, ухмыляясь, кивнул на дремлющего звёздного мальчугана. - Чтобы мы с перепугу побыстрее сломались и сдались ему на потребу?! Тогда ты и есть самый настоящий провокатор и состоишь у инопланетян на зарплате. А сейчас видимо и на квартальную премию идёшь.
- Заявляю свой решительный протест! Вы может и невкусные, но меня до сих пор хотят цапнуть за окорочок. Начиная с ментов. Задом чувствую. Хотя в принципе согласен, - заметил Жорик, ковыряясь пальцем в носу, грязном и в болячках. - Не те черви, что мы едим, а те черви, что нас едят, суки.