Выбрать главу

- Вот теперь, наконец, мы всем-всем покажем кузькину мать! Конкретно, маму Клаву! Но может быть и бабушку леди Кры. Пока все не описюнеете! Может, кто-то ещё против?!

Вдалеке, у капэзэшников всё работал и работал телевизор, всё про нового губернатора, про очередного дебила-додельника рассказывал. Давал большие отрывки из интервью с ним, где тот, по обыкновению умничал да надувал и без того чересчур выпирающие блокадные щёки. Это было так естественно для великого начальника, который вокруг кроме себя давно никого не замечал, что можно было даже прослезиться, если конечно не знать кто он такой на самом деле.

Так на доцента Серёгина и снизошло величайшее озарение его жизни. Подумалось, что оно, вероятно, и в самом деле одно из важнейших откровений в его убогом существовании, ответ на постоянно мучивший его вопрос: почему эти уроды управляют именно его жизнью, а не жизнями многих других. Им что, мало вариантов?! Может быть, потому что всякий себя уважающий паразит на абы кого не подсядет?! Шкурой чувствует обречённых помирашек и тут же метит их. В том числе и для отряда неулыбчивых апостолов-ассенизаторов с глазами обкуренных тараканов, точно в отмеренный срок отгружающих созревший двуногий товар прямиком в райские мусоровозки. Они плывут себе следом и пакуют готовые человеческие ошмотья в полуфабрикат для контрагентов из ада.

Доцент опять закружился в принесённых космическим ветром непонятках. С трудом сдержал в себе желание срочно выбежать во двор с чем-нибудь полазернее, чтобы посигналить приближающемуся звёздному десанту метагалактических комсомольцев-добровольцев, указать приземление куда-нибудь подальше от себя. То есть, конечно, ложную посадку, чтобы хоть на время отвести роковую встречу в сторону, куда-нибудь подальше. Безжалостные пожиратели землян наверняка уже высаживались где-то поблизости, не обращая внимания на вновь и вновь съезжающую крышу у своего чуткого акцептора, доцента.

Десантники - повзрослевшие звёздные ребятишки в шустрых экзоскелетах девочек по вызову и на подбор - с глазами цвета неба да с волосами цвета льна. На пути не встанешь. Умело и точно рассредоточились для завершающего броска.

В оцеплении неумолимо наступающих межпланетных природных богатств на Кольцевой, и без того заваленной по кустам кондомной кожурой от былых кладок космических приблуд, вязли и глохли уже все машины подряд. Выскакивающих земных человечков сноровисто отлавливали отдельными петлями, а то и сразу сети набрасывали, в бредни загребали, с большой-пребольшой мотнёй. Потом развозили пленённых аборигенов по точкам и по хатам на массированный отбор генетического материала, а затем и полную утилизацию.

Вот они мчались в атаку на помеченые краской земные курдюки, в одном кластерском штурмовом отряде, в едином кластере правящих небожителей - нетерпеливо гогочущие пророки, отборные пробоотборники, десантники с Большого Магелланова Облака. Белокурые и голубоглазые бестии! Сами Гончие Кузьки! Панцирен официрен. «Ап» с протяжечкой делать!!! Сносить последним умникам остающиеся, но уже сильно покосившиеся башни. На последней из известных им и ещё до конца не скошенных планет!

Все Кластеры в том вновь высаженном кластере Кластеров - со знакомыми лицами, с профилями да с анфасами - бесчисленные лениноиды, гитлероиды, ельциноиды, гайдарасты. Наконец, молодые мутиноиды, нашисты, пудаки и прочие тараканоиды. Лысый-волосатый-лысый-волосатый…

Во главе первого отряда с лицом Карла Маркса, шурша обширной бородой, бежал помкомвзвода. Кластерский комдив с традиционным прикидом американского президента, глядя в иллюминатор приземлившейся гигантской летающей тарелки, бодро руководил высадкой сил быстрого развёртывания для защиты прогрессивных национальных интересов главной метагалактики. Полоумный Кластер с одутловатым, испитым лицом первого демократического президента, понимаешь, стоял на каком-то подбитом, но ещё неописанном танке и, самозабвенно приплясывая, дирижировал метагалактическим триколором. Звёздный кагай с опознавательным пятном на лбу, клеймом выдающегося Иуды, чертовски трудолюбиво вырубал виноградники, заливая окрестности речами пониженной социальной ответственности.