Что Серёгин впоследствии и проделал. Пошёл по собачье-кошачьему пути и закручиванию всех крышечек в доме. Вернулся к своей хозяйке и своим спиногрызам. В принципе конечно тоже тюрьма, но всё же привычная, без которой, как выяснилось, гораздо хуже. Возвратился он и как-то, почему-то всё взяло себе, да и наладилось. Без особых впечатлений. Даже крышечек вскоре не понадобилось закручивать. По вечерам любимой он ласково гладил яйцеклад. Если верить Ийону Тихому, удовольствие ни с чем не сопоставимое. Даётся лишь прошедшим крым и рым героям, заслужившим настоящий покой и вот такую тихую радость иного бытия. В смысле, с поглаживаниями которая.
Завершающее прозрение гласило ровно и однозначно: лишь вот так одинаково впрягшимся в универсальную оглоблю ещё можно как-то перекантоваться всю эту жизнь подле тёплого бочка своей птички, найти себе последнюю, пятую сущность и не его вина, что она почему-то всегда в районе соседней пятой точки. Инопланетянки, то есть, плохие девочки, основные носительницы разнообразных впечатлений, лучше всех это понимают. Именно потому, что сами же и установили это основным правилом более-менее сносной, но не слишком короткой жизни на планете сплошных несправедливостей и уродств. Как обойти продолжательниц рода в столь разумной уравновешивающей проницательности?! Да никак! Вот и сиди поэтому в смирительной рубашке всю жизнь в своём психоневрологическом каземате любого типа для таких вот йети. Не дёргайся и целее будешь. Изредка можешь прокатиться по Кольцевой, выпустить пар, восполнить сенсорный голод, но только чуть-чуть и с двойной латексной защитой. А потом непременно обратно и под бочок. С полной авоськой. Чик-чирик. Глядите, что я вам приволок! Ой, какой папочка у нас добытчик, сколько всего принёс, а давайте его за это крепче любить! Авось больше не открутится, не сбежит или не улетит!
Все остальные боевые побратимы тоже своё хорошо получили. Или почти хорошо. С довеском. Чаще всего, как того и заслуживали.
Бомжомамка, камышовая владычица, она же сильно корявенькая принцесса Диана крысиного царства, а также по другой версии леди Кры – получила причитающееся первой. Бомжопапик, статный обмылок, неподбомбляемый славный сокол, этот милый дружочек огрёб свою сиротскую порцию на пару с нею, но всё-таки вторым. Оба когда-то в скунсоидном угаре поверили, что нашли своего горячо любимого сыночка. Потом в определённый момент сдали его в приют, совершенно нечаянно так получилось, можно сказать, инстинктивно, чтобы не сдохнуть раньше времени. Не исключено, что и обменяли на что-нибудь жизненно важное на тот момент. Килограмм сливочного масла, к примеру, или упаковку косяков. Тоже вещь. Для хозяйства штуки неоценимые.
Когда ребятёнка вернули, обнаружился совсем-совсем другой мальчик, хотя мордочкой лица вроде бы и схож. Однако вытворял сучок такое, что любой бомж сразу бы отказался от столь буйного родственника. А потом та неведома зверушка опять куда-то завеялась. Вроде как на тот свет ушастала, будто бы похоронили её, а там кто ж его знает. Вдруг снова заявится в ещё более потрясающем прикиде?! В итоге оба незадачливых родителя плюнули на эту бесконечную тягомотину, начхали, растёрли, да и ушли себе в южные тёплые края. Там их по слухам захватили южные йети, оставшиеся после схватки с самым главным кремлёвским Кластером. Было реально страшно это сделать, но, поколебавшись, неотразимую семейку горцы в плен всё-таки взяли, может быть даже снедаемые каким-нибудь ужасно неизлечимым, прости аллах, гуманизмом. Да и паспортов отбирать у беглых крокодилов не пришлось, по причине их всегдашнего отсутствия. Теперь бомжоидная сладкая парочка, бывшие подопытные крысы недобитого гения Саввы Городецкого спокойно выращивают новым хозяевам чеснок в их горных долинах. Никто не обдолбывает несчастных жуткими аудиовизуалками, не якорит на что ни попадя, не поит убойной «синеглазкой». Их даже в яму не сажают и с голоду не дают умереть. Резиновыми дубинками до полусмерти не избивают. Смысла нет, резину тратить. Да и люди же они, то есть, хоть и не совсем йети, но всё-таки.