Мамка, бывшая леди Кры бросила пить, а папка типа курить. Просто потому они так сделали, что не давали им ничего такого. Лишь кормили, чтобы хорошо работали. Отчего бомжики поздоровели, стали меньше вонять судьбой. Даже решили стать кавказскими долгожителями, настоящими людьми, а не овцами. То есть, не теми, кого периодически уносят хищные дельтапланы и потом лакомятся ими под своими звёздами в недоступных заоблачных скалах. Нет. Но теми, кто по этим дельтапланам, нагруженным беззащитной блеющей добычей, иногда постреливает из калаша, купленного с получки на местном базарчике. Кто гордо клеит объявы на рынке: «Бригада бомжей ищет работу. Интим не предлагать». У бомжопапика в итоге зажил его хронически гноящийся ободранный нос и это было самым серьёзным свидетельством всё-таки состоявшихся перемен к лучшему в их с леди Кры жизни. Недавно дамочка даже попросила хозяина прикупить пару тестов на беременность. Авось на этот раз нормальный человечек получится, хотя бы не сильно пукать будет, а потом и кандалами звенеть. Как-то вот так.
Норкин, наикрутейший бомжоперехватчик, досужий любитель немытого царского мясца, тоже претерпел момент истины, решил начать жизнь заново, для чего устроился работать вагранщиком в литейный цех местного «Красного металлиста», авось рабочий класс доведёт перевоспитание бывшего нахлебника и тунеядца до логического конца. Чопил он леток вагранки на раз, с первого же подхода, не то как бомжомамку и с пятого раза не сподобился. Даже стало казаться, что всё наконец пошло путём и фото передовика Норкина скоро появится на заводской доске почёта. Ан нет. Довольно скоро наскучило ему ставить одни и те же бесконечные огненные затычки в одну и ту же истекающую лавой дырку. Никакого тебе жизненного разнообразия или, скажем, впечатлений! И тогда великий полуподвальный затыкальщик решился и сказал сам себе: «Э-э, дурна курятина рабочий класс! Головы к небу поднять некогда! Ну его на фиг! Лучше вернусь на мусорку, звёзды считать». И сразу же прозвучал ему новый свисток! Аут! И судья показал на центр.
Так что вновь залёг лихой боец Норкин в прежней норке, не справившись с атакой на приличную жизнь, на всё той же свалке у Сандро. По ночам привычно стал высматривать из укрытия падучие звёзды. Это чтобы себе в изголовье поставить или новое желанье загадать, гоночный велосипед что ли, но только чтобы теперь без всяких глупостей.
Потом Норкин заново почувствовал вкус к иным реальям бытия, встрепенулся и с дружком Мухортовым завербовался контрактником на родимый знойный юг, в дорожно-строительный батальон для желающих как бы повкалывать, а на самом деле дико оторваться. Бродяги в любой момент были готовы сорваться куда подальше, едва только почувствуют, что чоп им вставляют на самом деле уж очень не по размеру. В преследующем их пекле только такие гаврики как правило и годятся. В искусстве ускользания от жизни и последующей приживаемости в любых условиях бывшие пациенты Саввы Городецкого со временем поднаторели как никогда, даже самим удивительно становилось.
Так и потом. Не успев осесть, сходу пристроились торговать марафетом среди местных и приезжих. Правда, вскоре опять же выяснилось, что таких прощелыг тут и без того хватает. Поэтому долго новые комбинаторы явно не протянут, если, конечно, опять не перелетят какой-нибудь глухой полночью на следующую хату жизни, побогаче. Но лучше повыше, потому как безопасней. Подобно дельтаплану из их любимой присказки. Они по-прежнему не унывали, особенно в уро-генитальной сфере. Изредка, конечно, выпивали, от нечего делать, иногда что-то делали от нечего выпить. Со временем порозовевшему Норкину явно уже не на один раз оставалось сбегать до ветру. Во всяком случае, стал бахвалиться, что его змей в штанах давно присмирел, перестал дурку гонять, а Ваньку валять, глазки строить и отлынивать от исполнения повседневных обязанностей, вроде как бы взялся за ум. Крепчал себе бомжара, невзирая на всякие приключения спереду и сзаду, а также роящиеся всеразличные чопы, по-прежнему метящие заткнуть ему последний выхлоп. На лету их сшибал, почти играючи, не то как ранее бывало. Словно бы и ему что-то перепало от недавних сверхчеловеческих экспериментов над ним. Какая-нибудь последняя и потому самая решающая капелька из боженькиных трусов.
Затем на марафете приятелей всё же закоротило невпродых. Клиенты и вездесущие менты вдруг подхватились, окружили и принялись сдавливать, главное, что абсолютно предательски. Пришлось всё сбросить и буквально в последний момент, налегке вновь сбежать за горизонт. Переоценили себя комбинаторы, почуявшие было свежую струю, но хоть чуйка не подвела, сработала как никогда и на том спасибо бывшему хозяину Савве. Напоследок вставил такой чип, без которого в жизни никуда. Ребятишек и в самом деле давно никто и никуда не уносил ни в когтях, ни в клюве. Ни даже дубинкой по голове и далее в воронке. Всегда стали успевать вовремя сорваться.