- Лукич! Боюсь, это будет твоё последнее дело. Может быть, в самой жизни. В лучшем случае, у нас в конторе. Осознай же, дубина! Ты что, думаешь, я не знаю, что по собственной инициативе попавший во всеобщую разработку пациентов твой подчинённый пошёл вразнос?! Первое. Он не распылил колоссальный потенциал, хитростью и обманом полученный им от фактического полуфабриката нашего изделия. Он его банально украл. Второе. Он не просто временно вышел из-под контроля якобы на пятнадцать минут, потеряв с кураторами непосредственную связь. А вот я думаю, что намеренно её отключив. За время своего необъяснимого выпадения из связи с нами твой агент продемонстрировал потрясающий фальшфейер рабочего контура изделия, его сумасшедшей силы выброс непонятно куда и полное рассеяние среди остальных пациентов, бывших при лаборатории. Даже сотрудники Саввы впоследствии стащили у него прокси-версию изделия и пытались с резервной копии влезть в его оболочку. Просто кошмар, что было! Изделие немедленно после всего этого приказало долго жить. Прямо сразу! Ты что, не знаешь, что охранный холдинг давно подбирался к нашему детищу и неоднократно пытался завладеть им?! Под твоим крылом даже умудрился свою дублирующую лабораторию создать для перехвата всех информационных потоков, которая собирала, анализировала и систематизировала всю снимаемую от вас инфу. До того плохо она у тебя лежала! Спецы из той фирмы непрерывно копировали проводимый вами процесс кластерогенеза, намереваясь параллельно создать точно такой же Кластер. Хорошо, что Савва всё это предусмотрел и заранее всем ворюгам демонстрационную куклу подставил, предварительно лишив её почти всех несущих признаков и возможностей. Так что же за фуфло ты мне тут пытаешься впарить, полковник?! Проср… буквально всё и теперь гонишь чушь несусветную?!
- Но, товарищ генерал, наш второй агент, следователь майор Шахов докладывал, что ничего такого не было, в том числе с охраной. Да и с ведущими специалистами лаборатории. Просто баловались ребята. Уже всех выгнали, меры приняты. Агент Фред, которому просто колоссально повезло ухватить такой подарок судьбы, всегда проявлял психическую неуравновешенность, а тут под влиянием очередного психоэмоционального срыва слегка распустил руки, точнее, язык, а потом воспользовался случайно позаимствованным нервно-психическим потенциалом изделия. Понимаете?! Так уж совпало всё. Поистине роковым образом. Случай один на миллиард! Сдвиг по фазе у доцента и прорыв первого сознания у подросшего изделия сошлись один в один, без малейшего зазора. Они непредсказуемо, разом сдвинулись вместе, внезапно совпали сначала по контуру, затем по частоте, что соответственно вызвало гигантский морфо-генетический и морфо-психологический резонанс в обеих на мгновение сомкнувшихся структурах. Доцент в силу полной внутренней раздолбанности его выдержал, загасил, поглотив практически весь психический взрыв, а изделие иссякло полностью, пошло вразнос и впало в совершенную деструкцию. То есть, фактически распалось. Как вы говорите, приказало долго жить. Хотя я такого приказа на его самоликвидацию не получал. Повторяю, совершенно дикое, роковое невезение.
- Ты ещё шутить изволишь?! Приказа он не получал. Смотри, Лукич, как тебе его всё-таки не получить, только совсем другой и по тебе самому лично зазвонит.
- Но Фред действительно случайно позаимствовал уникальную психическую структуру и энергию изделия! Слишком многое говорит именно о полной непредсказуемости этого события!
- О чём ты говоришь, «случайно позаимствовал»?! Ты хоть сам-то в это веришь, в случайность в таком деле?! Что это такое, с чем её едят?! Ваш агент Фред, якобы чувствительный, да на грани срыва всегда пребывающий нервный субъект, как он это вам всем и всегда навязчиво демонстрировал, на самом деле прикидывался и в нужный момент просто хладнокровно стащил всю нашу разработку, увёл туда, откуда её без него никто не сможет достать. Тебя не хвалить надо, полковник, тебя под трибунал следует отдать. Вы с этим Фредом ещё по одной статье загремите – за измену родине. Да и Савву заодно к вам припрячь надо. За пособничество.
- Ничего не понимаю, товарищ генерал! Владимир Мартинович, умоляю, скажите, в чём моя вина?! Клянусь офицерской честью, я готов её смыть даже кровью!