Что касается именно неизбежной срамоты, как ты сказал... Что ж. Из всех глубоко индивидуальных физиологических включателей предпочтительнее всего выглядят, как ни противно, всё же именно акты дефекации и особенно уринирования. Как ни прискорбно мне тебе это сообщать. Причём второй, а именно опорожнение мочевого пузыря, куда более оптимален, поскольку легко поддаётся управлению мозгом, одновременно оставаясь глубочайшей частью индивидуального метаболизма, в котором и без того сам чёрт ногу сломит. Этот механизм, как мы предполагаем, вполне мог быть встроен при инсталляции непосредственно самой информационной оболочки Кластера. То есть, заранее, со всеми степенями защиты. Скорее всего, так оно и есть. Нам же со стороны имитировать, сделать подобную отмычку, подобрать точно такой же «ключ на старт» сейчас, каким он был заранее инсталлирован, практически невозможно. В нём колоссальное число индивидуальных особенностей диссимилятивной части обмена веществ, а практически оттиск всего генома организма. Разумеется, не всего полностью, а по основным реперам, но попробуй, угадай, по каким и сколько их именно было взято, в каком порядке. Нет, нет и нет. Включить-выключить Кластера в самом себе может только непосредственно сам Серёгин. Не исключаю, что он уже открыл в себе эту приятненькую возможность. В таком случае ищи ветра в поле. Все кустики описает, но нам не дастся уже никогда.
Теперь, полковник, вникаешь в полнейший тупик всего этого невероятно мутного и дико пропащего дела?! Кроме самого Фреда - нигде, никто и никогда, ни один томограф, энцефалограф или современные нейро-дешифраторы не раскопают эту чрезвычайно вонючую гору внутреннего мира творческого русского человека. Да ещё его мочевого или жёлчного пузыря, или всё того же митрального клапана, поставленного под неизвестно какую нагрузку в паре неизвестно с кем. А может ему левую пятку нужно почесать для того чтобы включиться?! Голова кругом идёт. Иголку в Тихом океане найти намного легче.
- Вот это да-а! Лихо наш генерал в тему въехал! Похлеще меня. Говорил я тебе, Мартиныч, не надо связываться с нашими гуманитариями, не стоит обучать их никаким it-технологиям. У них же в головах совсем не на что опереться. Сплошной пердёж и ссыкня отовсюду. Там любая технология сразу зависнет и сгинет с концами. Потопнет, как Лизка в болоте. Что же теперь нам делать-то?!
- Только то и остаётся нам, Лукич, - смотреть, облизываясь в бессильной ярости, как наше же изделие в полностью засратой голове мнимого неудачника режиссёра, взятого к нам – как ты там говорил? – ага, теперь во внештат… как оно там у него вне нашей досягаемости дозревает до полной кондиции, самосовершенствуется. Ещё раз повторю: открыть замочек к нему сможет только сам Фред, доцент, как вы его по фене пренебрежительно кликали. Мы ведь даже пытать гада не сможем, если и впоймаем, тем более, уволить или чего-либо лишить. Родных нет, первая жена открестилась, вторая совсем не при делах. Ни с какой стороны не подобраться. Так что, Лукич, доцент наш вовсе не тупой. Ты запомнил?! Далеко не тупой! А когда действует «не тупой» и абсолютно в одиночку, его не вычислит ни одна спецслужба мира. Даже все вместе. Поэтому и шпионы с террористами лишь поодиночке могут чего-то добиться. Как и завещал нам группенфюрер Мюллер.
- Мартиныч, вот мы с тобой вроде два умных человека, специалисты, кое-что понимаем в этом деле. Да и не только в этом. Давай успокоимся, остынем и попытаемся сейчас хладнокровно всё разрулить, рассудить и понять, где, как, когда, в какой момент нас умудрились настолько круто обойти, до зависти лихо обставить. Как на самом деле это могло произойти. Как он мог состояться – перескок сразу через несколько ступеней кластерогенеза практически в последнюю?! Мы-то ожидали изделие полностью готовым только через несколько пока не состоявшихся ступеней! Даже затрудняюсь теперь сказать, через сколько. Всё перемешалось.
- Банально или как там ещё, ага, тривиально, но всё же скажу тебе, Лукич. Мы находимся на абсолютно неизведанном поле, внутри подлинного космоса человека, который похлеще внешнего будет. Считай, мы только что вышли в этот космос, впервые, без скафандров. И нас закрутило, как Леонова. Даже не знаем, где верх, а где низ. Теперь наши аналитики предполагают следующее. Виварий лаборатории Городецкого задуман был инкубатором чистой, природной линии человека, отчищенного от всех наслоений различного генеза, в том числе и прежде всего культурного. Первая по-настоящему человеческая ипостась должна была появиться в нашем изделии и в самом деле нескоро. Ожидалась своеобразная прото-монада, точнее, пока только гамета, готовая после слияния с альтернативной аллелью к дальнейшему гетерозису.