Оксанка Алек-Хан, словно бы предчувствуя неминуемый конец отношений или накаркивая себе ненасытное продолжение, у женщин, тем более блондинок, это всегда одно и то же, вдруг принялась меня щадить. Подопытного всегда следует щадить, жалеть, может быть даже любить. Надольше хватит. Целуют же экспериментаторы своих подопечных в их розовые носики, а потом хладнокровно отправляют за стекло мучиться под ударами тока.
Наверно подходит вплотную тот час, ради которого леди Ксю столь трепетно меня берегла, целовала в носик. И не только в него, чаще всего. Подготавливала, обрабатывала своими табельными сокровищами неустановленной до конца локации. Причём, не огулом, сразу и по башке, а бережно, аккуратно, в меру, то есть, практически любя и приручая. Во всех лесах и подлесках нашей любви именно так всё это дело происходило. Поцелуй не в носик и вперёд! Вероятно, я и в самом деле практически созрел, превратился в стиральную машинку системы типа Савик. Потому что в последнее время - почти никаких шокирующих эскапад с её стороны. Лишь участливый, почти соболезнующий взгляд милых, обворожительных очей. Эхма, а зверёк-то мой кончается! Что ж, значит, конец близок! Даже ближе, чем я мог предположить.
Дивная волшебница в воздушном, ангельском одеянии и спрятанным жалом словно бы медленно выводила меня из сна-каталепсии, в который однажды искусно ввела, прикинувшись придорожной земной дурочкой. Кессонная болезнь в любви особенно опасна. Верховная жрица любви с самого начала инстинктивно применила ко мне весь древний женский арсенал. Вроде бы я это вполне понимал, а всё равно с удовольствием поддавался. Даже иронизировал над тем, как всё отменно примитивно и пошло у меня с нею получалось. До чего тем самым непосредственно и очаровательно! Хотя бы то, как она неизменно применяла универсальное, золотое правило дурочки-блондинки от Софи Лорен: когда не знаешь, что сказать, - улыбнись и поправь лифчик. И любой мужик – сразу твой. Просто есть такой у женщин безошибочный ген. Лучший ген в мире. Самый безотказный и одновременно не знающий пощады. Ксюха же одновременно поправляла и болтала без умолку. Способна была увлечь за собой хоть целый город таких как я. Флагманы б делать из этих бл#дей, лучше бы не было в мире вождей! Не случайно столь кипучим особам всё чаще присваивают почётное звание градообразующего предприятия. И в парламенты выбирают, как ту же Чиччолину, спикерами МИДов и госдепов делают, кстати, как не скажу кого. Международное право начинают толковать одним местом, да так, что уже никто не смеет возразить. А чо, ведь так оно и есть!
Впрочем потом, по здравому размышлению и анализу всех последующих событий, я сообразил, что не так-то всё просто и в этом деле у меня с нею сошлось.
В принципе, втянуть ядовитые зубы, улыбнуться и поправить лифчик – эка невидаль, подумаешь! И голыми ногами – с любыми врагами справишься! Однако в этом заключён всего лишь первый этап искуснейшего манипулирования мужским началом, вменения мужчине острого психоза влюблённости, захомутания его надёжнейшей из всех мыслимых человеческих упряжек. На таком фундаменте можно построить всеподавляющую систему тотального закабаления единственно творческой и производительной части человечества, погрузить её в состояние окончательного и беспрекословного рабства, когда уже и хвосты начинают заново отрастать. При первой же попытке мужского бунта специальные техники парализующего обольщения, а потом на их основе, скажем, и специализированные излучатели, направляли бы Х-импульсы всеподавляющего психоза влюблённости в самое сердце андрогинного мятежа и бараны со слезами счастья на глазах вновь бросались бы исполнять для своих повелительниц любые их пожелания, в том числе, изобретать что-то крайне важное, давно необходимое для женской цивилизации. Построить то, придумать другое и воплотить в жизнь доселе невероятные проекты и замыслы. Наконец купить любимой красненький кабриолет. Известно даже самым маленьким девочкам, что влюблённый мужик, в отличие от женщины, в состоянии горы своротить для предмета своих воздыханий. Только надо сделать, чтобы как можно чаще хотел. И успеть, пока пружина у него внутри не кончилась.
Какой поистине бесконечный, самовозобновляющийся источник творческой бурлящей энергии! Просто грех не захомутать?! Женщины только и любят мужчин за их клокочущую извергающуюся энергию, потому что сами красавицы могут её только потреблять и тем подзаряжаться. Своего-то нет ничего, только заёмное. Технологически для окончательной победы матриархата следует в первую очередь добиться того, чтобы тетанус психоза влюблённости у жертв из противоположного пола не спадал никогда. Чтобы они как можно дольше пребывали в состоянии бешеного самоистощения, пикового, до дна выброса всей жизненной энергии. То есть, делать так, чтобы любой мужчина непрерывно находился в состоянии зашкаливающих опустошений, ломающих все ограничители значений его витальности, то есть, пребывал в фактически терминальной, околосмертной стадии. На красной клавише, подрагивая хвостиком и суча ножками. Поскольку лишь на грани существования всё и созидается в этом мире. Именно тогда человек стремится завершить нечто самое важное, для чего появился на свет, закончить дело всей жизни, любой ценой, но оставить свой след на земле, но прежде всего сорвать звезду с неба для своей любимой. Такова форма. Вот это - «любой ценой» - и является основной, содержательной частью в приговоре мужскому началу на этой планете. Ах, это же так романтично! Ибо гибельно.