Как бы я внутренне ни хохотал над беспрестанными, но такими, оказывается, чрезвычайно зловещими поправлениями этого самого лифчика, часто даже не надетого, над брезгливыми дамскими принюхиваниями ко всему подряд, к месту и не к месту, над идиотски тянутыми улыбочками своей неотразимой чувихи, чрезвычайного и полномочного посла, точнее, послицы, побеждающего матриархата, а всё равно успешно отлавливался на всю эту по меньшей мере странную, пошлую, но яркую муть. Что-то в этом манипулятивном колдовском зелье неудержимо действовало на меня помимо меня, категорически плюя на мой интеллект, иронию, рефлексию и прочие аппараты культурного сдерживания и вразумления, мощно вовлекая в дремучий сладостный водоворот типа «а теперь хоть и не рассветай!». Что ни говори, чёрная дыра, она же как бы белая. Во всех смыслах дыра! Сингулярный провал вселенной и бытия. Куда богатыри регулярно и пропадают вместе со своими Саврасками, вооружением и амуницией. Порой напоследок игогокнуть не успевают. Зато какой след порою оставляют за собой, цветущие сады какой цивилизации – для неисчислимых орд толстых и счастливых женщин?!
Стивен Хокинг подробно описал механизм действия горизонта событий в районе именно такого ключевого провала во вселенной. Откуда как бы всё и происходит. Как-то сильно пугающе с моим индивидуальным опытом совпадает. Скоро я, словно герой космологического шедевра «Интерстеллара», побреду по закоулкам ужасающе примитивной, но беспрецедентно сложной чёрной дыры мироздания строго в направлении своего, словно подопытная крыса ускользающего счастья. Буду сам к себе оттуда стучаться!
В общем, дохохотался. Коротит отовсюду. Да так, что сейчас почему-то совсем не смешно. Наверное, потому что до упора счастлив. Наконец настигаю загадку женской души, улепётывает, собака, во всю мочь, чует, чьё мясо съела. Внутри леди Ксю и вправду устроена как пятимерное пространство подобного счастья. Во всех направлениях дурная бесконечность. При попеременном схлопывании в точку, а через коллапс в новый вспых. Мозги тут, разумеется, заведомо лишние, точнее, абсолютно вредные детали. Устройство лучшего градообразующего предприятия, без трусиков но в лифчике, предельно чётко отформатировано по лекалам вечной субстанции вселенной. Её неотвратимость с некоторых пор преследует меня повсюду – как самая широкая в мире улыбка у истлевшего до костей мертвеца: «Всем чмоки! До скорой встречи!».
Аудиовизуальные петельки вокруг моих ушей и глаз, словно прорастающие водоросли вокруг и сквозь утопленника, сомкнувшись, стали не то чтобы помягче, но какие-то чуть более многомерные, на ощупь вполне информативные. Во всяком случае, на остов мысли вполне наматываются.
Вот образчик нашей около-интимной пикировки, кузькиной несколько изменившейся или может быть углубившейся тактики:
- Чего стоим, кого ждём?! Поехали-поехали. Какая же кузька не любит кататься?!
Так она принималась командовать в начале каждого сеанса нашей связи, обычно потрясая своими табельными вооружениями, в виде драгоценностей Алмазного фонда, которые по некоторым сведениям находятся у девушек приблизительно в одних и тех же местах.
- Думал, скажешь - «не любит быстрой езды».
- Нет, «быстрой езды» - это про самых глупых кузек. А я умная. Люблю спокойно ездить, надёжно, с умом. Чтобы не вывернулся.