Ксюшка Алек-хан, разумеется, была мне известна конечно гораздо лучше Биоклона. И не только его, чего там. Драгоценная ведьмедица души моей оказалась куда больше чем настоящая леди - самым эффективным вражеским агентом. Лишь её на пару с младшим братиком из танковой колыбели в пятизвёздочном бомжатнике надёжнее всего можно было запустить в мою лабораторию и в мои замыслы. Досконально всё высмотреть и взломать изнутри да снаружи. Разве можно что-нибудь плохое подумать про сестрицу Алёнушку да братца Иванушку, периодически обращающегося в самого натурального невинного козлёночка?! С втянутыми клыками саблезубых размеров. Кто догадается вычислить в них матёрых и безжалостных шпионов и диверсантов?!
Девоподобный, также постоянно брезгливо-гитлеровски принюхивающийся младенец успешно отрабатывал экспериментальный контингент в бомжатнике-богадельне, то есть, при лаборатории. В то же время неведомый сыщик выводил другого своего агента, точнее агентессу, поскольку всё-таки в юбке, да в чулках - на обочину в точно назначенное время и там выпасали меня, стерегли, пока не отлавливали и последовательно не потрошили. Получается, что меня - по всем моим же канонам и правилам. В реальности видимо она ни с кем не спала, не гуляла, в том числе и со мной. Целенаправленное нейролингвистическое программирование, как и распыляющая внимание бабская трескотня, любого человека может заставить поверить во что угодно, любой бред, любое внушение принять за самую настоящую реальность.
Да и отроковица ли она, эта придорожная леди, эта хищница, прилетевшая поохотиться на людей?! Этой малолетке - хоть и выглядела она тогда на шестнадцать лет, а скорее всего и того меньше, наверно в действительности всего года два, учитывая как стремительно растут эти клоны, догоняя свои взрослые оригиналы. Не исключаю, что это был младенец, повзрослевший буквально на глазах. И продолжающий всё более интенсивно и брезгливо принюхиваться ко всякому запаху шныряющей туда-сюда потной человечинки. А сейчас, наверно, уже и на все двадцать - двадцать пять выглядит моя красотка. Кто же из неё получится ещё через месяц-другой?! Новая бабка-ёжка с горячим сердцем и дряблыми губами?! Как поцелует кого тогда, та беззубая заинька!.. Засосёт насмерть. Движение по Кольцевой застопорится надолго!.. Вся озабоченная автосволочь в штанах в единый миг вымрет поголовно и дотла. Где подтанцовку новым Кластерам тогда набирать?! А ведь кадры решают всё!
Ладно, допустим, это произошло. В таком случае, победившая ведьмедица ускоренно доломает захваченный оборот человеческой спирали до самого упора и начнёт очередной, на следующем, старом-новом уровне. Форсированный прогон такой шелупени как любая отдельная жизнь - тоже вещь, всегда чего-то да стоит, хоть три копейки. Любое существование, и в самом деле того никак не заслуживает, чтобы зная финал, к тому же в доскональности, ещё и медлить с ним, оттягивать последний момент. Для чего, какой смысл?! Не исключено, что все некросексуальные засланцы это очень хорошо понимают и просто всякий раз хладнокровно всё более ускоренно довершают проводку очередного технологического цикла земного бытия. Из сугубо гуманистических побуждений, безусловно. Чего попусту мучить божьих тварей?! Пока всё развитие не превратится в одну сплошную мельтешащую карусель. И, наконец, слава богу, не схлопнется.
Не только знали, но и подгадали, нужных бомбометателей в установленных местах расставили, а потом всё сделали для того, чтобы тот момент настал, чтобы в урочный час и миг всё побыстрее сошлось или схлопнулось в точку. Я более чем глубоко прочувствовал всё именно так. Поскольку Это уже происходило. И не один раз. Некто по фамилии Гриневицкий с подпаленной секс-бомбой княжной Ксюхой (так и представляю горящий бикфордов шнур из её попы!) вновь и вновь выскакивает наперерез моей карете. Как тот виток ни крути, а он всё равно будет и будет повторяться, потому что люди живут не по спирали, а всегда по кругу, по Кольцевой. И только президенты - по загогулине, там у них отдельный сервис. Но драгоценнейшая леди Ксю всякий раз, как шнур догорит до копчика, будет однолинейно взрываться у меня в руках, обдавая всеми своими прелестями и прочими драгоценностями. Даже с ушей стекать будет. Я всякий раз жмурюсь, ослепляемый распахивающимися блестящими жизненными перспективами. Наподобие герцога курляндского, агонизирую на дне кареты у ног возлюбленной императрицы-ведьмедицы.