Выбрать главу

– Вход через канализацию, – напомнил Клык, достав помятую карту, которую Грег начертил на клочке пергамента. – Грег показывал. Вот здесь, у восточной стены, должен быть замаскированный лаз.

– Саша, – позвала Лена шёпотом. – Сможешь разведать? Нам нужен точный вход.

Брат кивнул и, став ещё прозрачнее, чем обычно, растворился в темноте, просочившись сквозь камни. Они ждали, прижавшись спинами к холодному валуну, считая минуты. Тишина давила на уши, только ветер шелестел сухой травой.

Лена чувствовала через связь, как Саша движется сквозь стены, как он осторожен, как замирает, когда рядом проходит стражник. Наконец он вернулся, возникнув прямо перед ними.

– Нашёл, – доложил он. – Вход замаскирован камнями, но с той стороны действительно никого. Запах оттуда... ну, вы поняли. Канализация как канализация. Там темно, мокро и воняет так, что глаза слезятся. Но путь свободен. Идём?

– Веди, – скомандовала Лена, поправляя кинжал на поясе.

Они обогнули холм, пробираясь через колючие кусты, которые больно хлестали по ногам. Саша указал на груду валунов у самого подножия стены, поросших мхом. На первый взгляд — просто осыпь. Но, присмотревшись, Клык заметил, что камни уложены неестественно, будто прикрывают проём. Они вдвоём принялись разбирать завал — камни были тяжёлыми, мокрыми и скользкими, Лена содрала пальцы в кровь, но через десять минут показался тёмный провал, от которого несло такой вонью, что защипало в носу.

– Точно канализация, – поморщился Клык, принюхиваясь и зажимая нос рукавом. – Ну, зато нас тут точно не ждут. Кто в здравом уме полезет в такое дерьмо?

– Мы, – усмехнулась Лена. – Потому что мы не в здравом уме. Мы в отчаянном.

Она достала кристалл, и они шагнули в темноту, в чрево замка.

Вонь была невыносимой, почти осязаемой. Она висела в воздухе тяжёлым, липким туманом, от которого слезились глаза и першило в горле.

Лена зажимала нос рукавом, дышала ртом, но это помогало слабо — казалось, она физически жуёт этот смрад.

Вода под ногами доходила до щиколоток — холодная, жирная на ощупь, с плавающими ошмётками неизвестного происхождения, которые колыхались при каждом шаге. Стены покрывала скользкая слизь, в которой копошились мелкие твари — сороконожки, мокрицы, ещё какая-то мерзость, слепая и противная.

– Терпи, – прошептал Клык, идя впереди. – Чем ближе к замку, тем чище. Канализация всегда выводит к кухням или подвалам.

Они шли около часа, пока Саша, летевший над самой водой, чтобы не касаться её, не подал знак.

– Стойте. Впереди решётка. За ней – лестница наверх.

Лена подняла кристалл. Решётка перегораживала проход полностью — ржавые, но всё ещё крепкие прутья, вмурованные в камень.

Клык попробовал поддеть её ножом, пытаясь сдвинуть с петель — бесполезно. Лена дёрнула — решётка даже не скрипнула.

– Может, обход есть? – спросила она, оглядывая стены в поисках другого прохода.

– Тут рычаг, – вдруг сказал Саша, указывая на стену справа. – Я его вижу. Он замаскирован под камень. Там, где камень чуть светлее и нет слизи.

Он сосредоточился, и Лена почувствовала, как кольцо на пальце потеплело. Саша на секунду материализовался, схватился за указанный камень и нажал. Внутри стены что-то щёлкнуло, и решётка, жалобно заскрипев несмазанными петлями, медленно поползла вверх. > ааМамулик: – Умница, – выдохнул Клык, когда Саша снова стал призраком. – С таким навигатором мы точно дойдём, даже если все ловушки мира встанут на пути.

Лестница вела наверх, в сухое помещение. Они поднялись, и Лена с наслаждением вдохнула воздух, который казался почти стерильным после канализационной вони. Это был подвал замка — складское помещение. Здесь пахло плесенью, сыростью, но уже терпимо. По стенам висели факелы, давая скудный свет, в углах громоздились бочки, ящики, мешки.

– Склад припасов, – определил Клык, оглядываясь. – Если повезёт, найдём что-то полезное. Хмурый, видимо, чувствует себя в полной безопасности, раз даже склад не охраняет.

Они обыскали помещение. В бочках оказалась солонина, сухари, вяленая рыба, даже пара бутылок с мутной жидкостью, похожей на самогон. Клык, не теряясь, наполнил свою флягу, сунул в карман несколько кусков мяса и горсть сухарей.