- Теперь ты должна видеть за пределами фиолетовой области спектра.
Лиза открыла рот от удивления и огляделась вокруг:
- Что с моим зрением?
- Так видят бабочки и другие насекомые.
Лиза неуверенно сделала пару шагов. Её шатало: вестибулярный аппарат плохо справлялся с новой задачей. Появилась резь в глазах и потекли слёзы.
Она развернулась к Эстеру, но чуть не упала. Настолько было непривычно видеть всё в ином цвете.
- Ощущения, как после плаванья в хлорированной воде.
Лиза покачнулась, чуть не упав в сугроб. Эстер тут же подхватил под локоть.
- Это пройдёт. У меня есть брелок с цветными ленточками, я покажу тебе пару лент, а ты назовёшь мне их цвета. Поняла?
- Да.
Парень покопался во внутренних карманах пальто и достал брелок с перевязанной копной разноцветных ленточек.
- Какого цвета? - он вытянул белую ленточку.
- Не могу определить, сложно… зрение скачет… Белая. Нет! Синяя. Тёмно-синяя.
- А эта? – он вытянул жёлтую.
- Светло-зелёная. С белым отливом, как перламутровый слой ракушки.
- Хорошо. Ещё одна, - Эстер вытянул чёрную.
- Тёмно-фиолетовая. Ты, кстати, тоже, - засмеялась Лиза.
Он вытянул синюю.
- Зелёная, - незамедлительно последовал ответ. - Но, они все неоднозначно одного оттенка, с переливами.
- Отлично, - улыбнулся Эстер и связав ленточки в узелок, положил обратно. – Молекулы, как правило, бесцветны, - необходимо менять спектр и частоту видимости. Если ты перейдешь в дальний диапазон видимости и за пределы фиолетового спектра, то есть совместишь два эффекта - молекулы примут определенный оттенок, и ты их увидишь. Ты наверняка играла со стереограммами. Так вот, чтобы вернуться в обычный диапазон, выбери точку над определённым объектом, к примеру, над веткой, сфокусируй на ней взгляд, вспомни какой этот предмет на самом деле.
Девушка замерла вглядываясь вдаль, потом закрыла глаза и с облегчением выдохнула:
- Получилось. Лучше видеть всё таким, каким привыкла. Остальное просто пытка для глаз.
Эстер расхохотался. Лиза не ожидала от него такой реакции, склонила голову набок:
- В чём дело?
- Тебе такие возможности открываются. Да любой человек был бы от этого в восторге, а твоя реакция - вихрь чувств: то ты в восхищении, то в недоумении, граничащем с недовольством.
- Я вовсе не недовольна, скорее сбита с толку… и как на всё происходящее правильно реагировать не знаю.
- Хорошо, - его губы растянулись в улыбке, - моментами ты напоминаешь ребёнка, который, видя шмеля, гоняется за ним смеясь, но стоит шмелю развернуться и полететь на него, как ребёнок пугается, но с тем же восторгом, убегает.
Лиза сурово уставилась на Эстера. Ей и вправду было не смешно. Да, интересно. Любопытно. Удивительно. Но, не смешно.
Мужчина всё также улыбаясь покачал головой. Он понимал, что ей просто необходимо дать время привыкнуть к переменам и помочь управлять скачками.
Эстер подхватил её на руки и зашагал уже знакомыми для неё тропинками. Минутный смех Эстера разрядил накалённую атмосферу между ними. Он уже не казался Лизе грубым и сухим. Настороженность по отношению к Эстеру стала потихоньку отступать. По мере этого её душу начало отягощать другое чувство - чувство вины. Лизе казалось, что она совершает предательство, позволяя другому, совсем незнакомому ей мужчине, прикасаться к ней, носить на руках, командовать и распоряжаться собственной жизнью. Павлу она такого не позволяла: или сторонилась, или избегала, а позволив прикоснуться, смущалась и долго не могла смотреть в глаза.
В руках этого человека она ощущала себя хрупкой и, как беспомощный ребёнок, познающий Мир, давала возможность Эстеру вести себя туда, куда он захочет. Точно ребёнок, который боится нового, но которому любопытно: что же будет дальше? А если пойти следом? А если прикоснуться? А если…
Лиза удивлялась сложившейся ситуации. Но цель, которая стояла в центре этой спирали должна была оправдать её безрассудство. Пути обратно уже не было – организм активно настраивался на новые возможности.