Кадры этого года, наполненные страданиями и заботой о детях замедлились, и молекулы воды завибрировали, заметались из стороны в сторону. Они связывались между собой, каждый раз меняясь, пропуская к центру новые и новые ассоциаты, а центром выступала Лиза. Они прикасались к ней, забирая чувства, вызванные последними событиями. Но забрав эти эмоции, они возрождались вновь.
Любовь к детям и переживания за их будущее, истязавшие душу Лизы, возвращались. И она проживала всё заново. Их вновь и вновь забирали кластеры. И ей показалось, что это не закончится никогда.
Но, всё закончилось! Закончилось тем, что она не почувствовала ничего. Теперь фильм её жизни сделался архивом: упорядоченные события в соответствии с датами. Молекулы прекратили своё метание, и душа Лизы обрела покой.
Блаженное. Сладкое. Даже в чём-то величественное спокойствие.
Совершенная гармония. Истинная. Непознанная человеком на земле.
Она почувствовала возле себя довольно сильный источник энергии. Декокластер хотел вступить с ней в связь, и Лиза легко слилась с ним.
- Какая чистая и светлая. Сколько тебе было лет?
- Десять.
- Имя?
- Дарина. Болгарка.
- Лиза.
- Да. Про тебя и твоего адаптера известно.
- Эстер.
- Да. Эстер. Натура того человека, в тело которого заключён твой адаптер, оказалась поэтической, раз назвался Эстером.
- А твой адаптер, как себя называл?
- Кластер. И всё.
-Дарина, твои родители?
- Погибли.
- Покажи какой ты была.
Конфигурация связей изменилась, и Лиза перенеслась в прошлое ребёнка; девочка в бирюзовом сарафане весело бежит по пирсу к берегу. Её каштановые волосы заплетены в две косы, и под лучами южного солнца благородно переливаются медно-золотистым оттенком. В её зелёных глазах восторг – она впервые увидела, как дельфины играют наперегонки, выпрыгивая из воды.
- Красивая.
- А ты какая была?
И Лиза показала себя на Кипарисовой аллее в первый день приезда. Она сидела на лавочке с темноволосым, коротко постриженным, мужчиной, в тени высоких конусовидных деревьев, и просматривала первые фотографии, сделанные во время путешествия и заселения в отель. Мужчина помогал ей разобраться с функциями фотоаппарата, периодически останавливался, чтобы поцеловать в щёку или шею. Лиза уклонялась, делала вид, что полностью погружена в настройки и редактирование фото.
- Ты милая. И он тоже.
- Ты встречала ещё кого-нибудь из носителей?
- Да. Мужчину из Румынии. Он потерял свою жену и не желал бы никому таких мучений.
- Покажи свои воспоминания о пережитом.
«- Мама! Мама! Верните меня к ней! – кричала Дарина, надрываясь и заливаясь слезами. Сильные руки держали её крепко, впивались в плечи. Мужчина уносил её подальше от берега. Все убегали от набережной, Дарина видела, как волны уносили людей в море. Как они захлёбывались, скрывались под водой и больше не всплывали. Где-то среди них, были и её родители.
- Заберите девочку, - мужчина передал её полицейскому, - закройте с остальными!
Их собирали в спортивном зале, битком забитом детьми, родителями и чужими взрослыми. Они пытались успокоить плачущих детей, хотя сами находились в шоке.
Дарина орала, брыкалась ногами, кусалась – никого не подпускала».
- Как знакомо, - Лиза хотела разорвать связь, но девочка остановила.
- Ведь уже не важно!
- Давно совершила переход?
- Сбежала из приюта к морю на втором месяце пребывания. Просила его вернуть родителей. Через день я повстречала своего адаптера.
- Лиза, если ты здесь, поговори со мной!
- Мой адаптер.
Лиза разорвала связь с молодым кластером».
Глава 11. Розовый снег
«Может, она не пошла в Мёртвую зону? Может, просто, обидевшись, убежала в лес», - надеялся Павел, следуя за Люси. Но, нет: собака упрямо неслась вперёд, а за его ноги плотным кольцом цеплялись сугробы. Он старался шагать быстрее, делая шире шаг.
В последнее время он полюбил серое небо. Не просто серое полотно, отягощавшее всё вокруг, а массивные кучевые облака. Стоя у окна в своём кабинете, он вглядывался в небо, в пушистые, тяжёлые, полные снега тучи, пребывая в трансе, забываясь. Он знал, что они принесли покой в его душу, что будет метель, и Лиза не сможет пойти на набережную. Уверенность в том, что она будет далеко от Мёртвой зоны в пасмурные дни была самообманом. Последние два дня он продолжал надеяться, что она ждёт его у себя, и приходил… и не дождавшись, уходил, всё больше ненавидя море.