Диего презрительно отмахивается от него.
— Просто уходи. Я сейчас, блядь, не в лучшем настроении.
Кармело бросает на меня полный сожаления взгляд и поспешно уходит.
— Ты что, блядь, со всей этой херней издеваешься надо мной?
— Картина была гораздо лучшим подарком, — резонно замечаю я. — Секс-рабынь пруд пруди.
Он бьет меня в челюсть, и я отшатываюсь. Чувствую вкус крови. У него кулак как цементный блок.
Даже не пытаюсь защищаться. Я более чем заслужил это.
— Ты только что выставил меня идиотом! Я уже рассказал Косте о Хизер, ебаный придурок! Показал фотографию, у него уже был покупатель на нее!
Покупатель? Блядь, нет.
— Ты мне этого не говорил, — замечаю я, потирая челюсть.
— Ну, я не знал, что ты, блядь, собираешься жениться на ней! — он в неверии качает головой.
Да. Я виноват. Мне определенно следовало сказать ему. Но даже сейчас я не горю желанием обсуждать это, потому что мне кажется, что говорить о ней — значит делиться ею. А эта девушка на сто процентов моя.
Он подходит к бару и наливает нам виски. Выпиваю половину одним глотком, наслаждаясь жжением в том месте, где мои зубы поцарапали внутреннюю сторону губы.
Диего качает головой, прислонившись к барной стойке.
— О чем ты, блядь, думал? Если ты еще раз выкинешь подобную херню...
— Ты же сказал мне жениться.
— Да, на той, кого выбрал я! — орет он. — А не на какой-то случайной шлюхе, которая должна нам денег. Брак — это на всю жизнь, безмозглый кретин!
Я киваю: — Знаю. Вот почему для меня было важно выбрать самому. Это должен быть кто-то, с кем я смогу жить. Ты же меня знаешь, у меня есть внутренний псих, который постоянно рвется наружу. Если бы я выбрал не ту женщину, это была бы катастрофа.
Он морщится: — Ты должен был сначала посоветоваться со мной, и ты это знаешь. Кроме того, хотя Косте и понравилась картина, которую ты стащил, его не проведешь. Он думает, что ты солгал о женитьбе на ней, потому что захотел сделать своей маленькой игрушкой для траха.
Мрачно улыбаюсь: — На самом деле я и сделал ее своей игрушкой для траха, но я женат на этой игрушке. Могу показать ему документы.
Диего качает головой, хмурится и осушает половину стакана виски.
— Я сам этим займусь. Он хочет прийти к тебе на ужин через два часа. И приведет двух своих людей.
Этот мудак, находящийся в моем доме и пялящийся на мою жену? И у меня остается не так много времени на подготовку.
— Мог бы с этого и начать, — ворчу я.
Он сердито смотрит на меня: — А ты мог бы, блядь, сказать мне, что женился на ней, придурок. Она умеет готовить?
— Конечно, она умеет готовить, — ну, я так думаю. На самом деле не знаю. Еще одна вещь, которую я не знаю о своей жене. Женщины готовят для своих мужчин, не так ли? Я имею в виду, Доната готовит для Диего и для меня, и для Кармело, и для Рокко, и для всех, кто приходит в гости к Диего.
Быстро отправляю Хизер сообщение, веля приготовить ужин на семерых, и добавляю: «Скажи, что ты получила это сообщение». Через минуту получаю в ответ короткое «да». Знаю, что в холодильнике полно свежих продуктов; у меня есть повар, который иногда приходит, когда Доната слишком занята, чтобы готовить. А на кухне целая полка кулинарных книг.
— А теперь нам нужно обсудить кое-какие дела. И кстати, ты не убьешь Грегорио. Он не знал, что она твоя жена, и это на твоей совести.
— Грегорио засунул пальцы в киску моей жены. Даже если он не знал, что она моя жена, ему было известно, что она должна была стать подарком для Кости. Он не должен был прикасаться к ней, не получив разрешения. И, честно говоря, Диего, если бы кто-то сделал это с Донатой...
В ответ Диего швыряет стакан с виски в стену с такой силой, что тот разбивается вдребезги.
— Даже не смей, блядь, предполагать подобное! — рявкает он, и его лицо становится темно-красным. Ему требуется минута, чтобы взять себя в руки.
Наконец, он вздыхает: — Ты прав. Он не имел права прикасаться к ней, зная, что ее отдадут русским. Делай то, что должен.
Мы отправляемся в его домашний офис, и я рассказываю о том, что происходит на моей территории. Кто из владельцев бизнеса сотрудничает, кто, возможно, притворяется, что их доходы снизились, чтобы не отдавать нам процент.
Когда заканчиваю, он идет за Донатой, а я направляюсь к машине.
Отправляю Хизер смс: «Через сколько ужин будет готов?». С минуту жду ответа, но так его и не получаю. Сажусь за руль и по дороге набираю номер. Звонок сразу же попадает на голосовую почту.
Девушке не стоит испытывать меня подобным образом, потому что она узнает, что я не терплю промахов. Член твердеет при мысли о наказании жены за непослушание.