— Томас! — прорычал наемник, врываясь в здание.
Девушки на ресепшене, испуганными птицами, замерли в оцепенении.
— Где Том?! — одна из администраторов пролепетала, что тот в тренировочном зале. Одержимый, он ринулся прямиком туда. Возле стойки с гантелями стоял друг.
— Бен? — удивленно вскинул черные брови Гибсон. — Ты же должен быть с Хелен. Что случилось? Выглядишь, будто побывал в аду.
— Ты мне солгал! — Капитан, как разъяренный зверь, вцепился в воротник его футболки.
— Что ты несешь? — в глазах Томаса мелькнула тревога, но он не сопротивлялся.
— Ты клялся, что проверил пульс… Что она мертва.
— Кто? Эшли? Да, так и есть.
— Она жива! — Бен вдавил его в стену сильнее.
— Не может быть, — нахмурился мужчина, образуя на темной коже складку между бровей, затем резко оттолкнул от себя друга.
— Я видел ее. Она и какой-то отморозок устроили аварию, пытались меня припугнуть.
— Пульса не было. Я не врал! Она вся была в крови, — взорвался Томас, срываясь на крик.
— Но Банши тут, в городе, — выдохнул Бен, из груди исторгся жалкий вздох. — Живая. Ты бы видел ее, Том. Этот взгляд…
— Ты сказал, запугать хотели?
— Протаранили машину. Водитель мертв.
— Вот же ж! — Гибсон отшвырнул перчатку. — Сообщу его семье.
— Просто не понимаю… — наемник обмяк, сползая по стене. — Том, она жива.
— Я найду ее.
— Нет, — он поднял мокрый взгляд. — Эшли уже сама вышла на нас. Вопрос в другом: почему сейчас? Почему не закончила начатое?
— А что с Хелен?
— Черт! Я совсем забыл. Надеюсь, она не слишком обиделась, что я не пришел.
— Она не тронет ее?
— Пусть только посмеет, — Хамфри закрыл глаза, под веками копились слезы. Отчего? От облегчения, что та жива? Или от ужаса, что она — угроза для его нового мира?
Глава 32. Горечь
Чтобы обрести покой, пришлось полюбить монстра, живущего внутри.
Два месяца назад.
Нэшвилл, Теннесси.
Раскаленный июльский день ворвался в сознание Кеннет грубым диссонансом мужской перебранки. Затекшая шея отозвалась дикой болью, пальцы коснулись тугой повязки на голове. Мир вокруг казался зыбким, и она едва удерживала ускользающие нити контроля. Обрывки воспоминаний пытались прорваться сквозь туман тревоги. Тихий, змеиный выдох сорвался с ее губ.
— Очнулась? Быстро, — прозвучал голос русоволосого мужчины.
— И я не устану повторять, что ты совершил чудовищную ошибку, притащив ее сюда, — проворчал второй, окинув девушку взглядом изумрудных глаз. Если первый был очень высок, то этот казался просто горой.
— Кто вы? — прошептала Эшли, вяло облизнув сухие губы.
— Не имеет значения, — отрезал амбал.
— Да брось, командир. По сути, она одна из нас, — пожал плечами первый. Собеседники прожигали друг друга взглядами, хотя глаза одного искрили совсем не гневом.
— Голубки, долго еще будете ворковать? — наемница пресытилась их перепалкой, да и каждый звук был стрелой в голову.
— Тебе пора, — процедил тот, кого назвали командиром, нервно взъерошивая свои черные короткие волосы.
— С радостью уйду. Только скажите, где я и кто вы такие?
— Ты на нашей базе, а кто мы — не твое гребаное дело.
— Сэм, хватит.
— О, ты решил назвать ей наши имена? Просто восхитительно, Эрик, — мужчина бычьих размеров гневно сверкнул взглядом и вышел, захлопнув дверь.
— Не обращай внимания. Он просто в бешенстве, что я тебя сюда притащил.
— Что случилось? — ищейка попыталась смочить рот слюной, которая практически отсутствовала.
— Скажем так, я нашел тебя умирающей в том ресторане в луже крови с пробитой башкой. И возникло огромное желание забрать тебя, хотя шансы, что выживешь были близки к нулю.
— Зачем?
— Ты Банши. Просто любопытно было поболтать с тобой, — Эрик выдавил натянутую, холодную улыбку.
— А ты кто? Не помню, чтобы мы раньше встречались, — Эшли, вырвав капельницу, приподнялась на кровати.
— Ты оставила за собой немало грязных следов, и подчищать их — та еще задачка.