Последние недели в корпорации дышали зыбким спокойствием персонала. Повышенные оклады усмирили многих, но страх, как липкий туман, все еще просачивался сквозь стены лаборатории. Каждый знал цену предательству: угрюмые наемники маячили в коридорах, напоминая о последствиях для тех, кто осмелится навредить Эшли. Она понимала первобытное желание людей накормить себя и близких, и щедро платила за лояльность, но не забывала подчеркивать, что благополучие нужно заслужить.
Стелла была простой девушкой, юной и наивной. В двадцать лет она пришла к Хантеру устраиваться на должность администратора на стойке регистрации. С появлением Банши жизнь ее перевернулась с ног на голову. Новая владелица, разглядев в ней что-то, пообещала повышение за верность. У нее не было семьи, а значит, и угрожать некому. Поэтому Эшли зашла с другой стороны, видя в глазах девушки стремление достичь высот. Хотя предсказуемо, что в итоге она станет случайной жертвой.
— Больница? Зачем вы там были? У нас ведь свой доктор. Это же неоправданный риск, — секретарь нахмурилась, вчитываясь в счет на оплату, который протянула ей начальница.
— Правда? — Эшли устало потерла виски. — Стелла, никаких вопросов, — девушка приняла послушный вид, расставила на столе несколько блюд и, замирая в ожидании разрешающего взгляда, попробовала каждое из них.
Пришлось превратить секретаря в личного дегустатора. Каждый прожитый день делал единственную Банши все более подозрительной. Пусть многие яды и были ей нипочем, лишний риск — ни к чему.
— Благодарю. И еще, — положив в рот кусочек сыра, Эшли продолжила, — мне нужны списки всех продажных копов города, в том числе тех, кто уже работает на Цереру. Имена, адреса, все, что есть.
***
Следующее утро Кеннет встретила с навязчивой мыслью о сержанте. Идея навестить его, как назойливая мелодия, преследовала, пока не привела к полицейскому участку, где он служил. Не зря же она весь вечер изучала информацию о нем.
— Сержант О’Коннелл, — начала Эшли, подойдя ближе. Голос звучал почти невинно. — Доброе утро. Какая удача, что я застала вас до смены, — ощущалось некое возбуждение от самого риска находиться тут, среди сотни копов.
— Мисс Кеннет, — произнес он удивленно, но с легкой улыбкой.
— Мне пришла в голову мысль, почему бы нам не поужинать? Угощаю, — промурлыкала она.
— Сегодня вечером? — Кайл на мгновение задумался.
— Простите, если у вас планы, — Эшли почувствовала, как энтузиазм угасает. — Как-нибудь в другой раз.
— Эшли, это я должен просить прощения, — он шагнул ближе. — Вечером уже обещал встретиться с друзьями, так что поужинать не получится, но…
— Все в порядке, — перебила она, слегка поджав губы.
— А что, если вы пойдете со мной? Мы собираемся в баре у друга. Музыка, танцы, непринужденная обстановка, — он наклонил голову, заглядывая в карамельные глаза. — А потом, обещаю, ужин на двоих в другой день, если вы не против.
— Что ж… — огонек в груди вновь вспыхнул. — Конечно, если я не буду лишней, согласна и на бар. Вот мой номер, — наемница протянула визитку. — Напишите адрес, куда подъехать.
Обменявшись улыбками, они разошлись в приятном настроении. Но она и в самом деле позабыла, что любое общение с ней почти всегда приводит к беде.
Напротив парка Камберленд, на другом берегу реки на 1-й авеню, приютился бар, куда Эшли подъехала около десяти вечера. Ничем не примечательное заведение, каких сотни — длинная стойка, уставленная пестрым разнообразием бутылок, столики, рассчитанные на любую компанию, и небольшая сцена, где музыканты выводили тягучие, чуть грустные мелодии, отдаленно напоминающие джаз. Место, где завсегдатаями казались уставшие от смены копы в штатском.
— Мисс Кеннет, — приятный хрипловатый голос прозвучал за спиной, — добрый вечер. — Эшли обернулась и увидела знакомую, располагающую улыбку сержанта.
— Прошу, Кайл, давай перейдем на «ты», — в глазах обоих мелькнул озорной огонек.
— Хорошая идея, — он кивнул на укромным столик в углу. — Присядем? — Эшли, послушная овечка, направилась к указанному месту. — Как себя чувствуешь? — обеспокоенно спросил Кайл, заметив, как та тяжело выдохнула, прижав ладонь к правым ребрам.
— Я в порядке, — она поймала недоверчивый взгляд собеседника. — Серьезно, — в полумраке бара ее глаза искрились отблесками света тусклых ламп.