— Хелен, — имя сорвалось с губ грубовато, но в то же время в голосе звучала мольба, робкая, как первый луч солнца после долгой зимы.
— Поезжай один, — казалось, сама поза кричит об обиде: опущенная голова, приподнятые плечи. — Как сдам экзамены, приеду.
Бен знал: спорить бесполезно. Мечта о преподавательской карьере горела в ней ярким пламенем. Конечно, деньги отца и влияние ее нового ухажера открывали любые двери, но Тэтчер жаждала покорить свои собственные вершины.
Он молча ушел на кухню, налил чай, ощущая какую-то горечь в душе. В этих отношениях наемник стал гораздо меньше пить черный, как однажды высказалась Эшли “как его душа”, кофе, и постепенно привыкал к экспериментам с душистыми травами, которые так любила будущая преподавательница.
— Прости, — протянул он кружку, источающую аромат мяты и цитруса, — я вечно забываю, какая ты у меня умная и самостоятельная.
Услышь эти слова Кеннет, она бы могла поспорить. Да и сказанное было слишком сладкое. К счастью, кроме Хелен, этого никто не услышал.
— Ладно, не хочу ссориться, — она улыбнулась, смягчившись. — Все точно в порядке? Мы ни от кого не бежим? — теперь в голосе звучала неподдельная тревога.
— Прямо сейчас врагов, представляющих серьезную угрозу, нет, — наемник ответил уклончиво, избегая ее взгляда.
— А твоя подруга Эшли? Что с ней? — грустно, но с легкой наигранной ревностью, произнесла темноволосая красавица.
— Скажем так, — Бен прищурил глаза, — мы ей неинтересны. У нее и без нас голова кругом. Управлять корпорацией, — кивнул на поданную кружку и непослушная прядь черных волос, которые отросли больше обычного, дернулась в такт на лбу, — не чай пить.
Проведя с Хелен почти весь день, он лишь под покровом ночи вернулся в штаб. И, осознав, что мысль о расставании с ней невыносима, перенес поездку.
Войдя в здание, командир застал Остина, неподвижно застывшего с ноутбуком посреди просторного холла.
— Что-то случилось? — тревога в голосе Хамфри обострилась, заметив расширенные зрачки в голубых глазах друга.
— О, Кэп, ты мне как раз и нужен, — Остин не отрывал взгляда от экрана. — Тут дельце подвернулось… интересное.
— Неужели до завтра не подождет? — устало вздохнул Бен, направляясь к лифту.
— Решать тебе. Но заказ… на Эшли, — Остин запнулся. — И предлагают, надо сказать, неплохо.
Капитан замер, не дойдя до железных дверей, шумно выдохнул и медленно обернулся.
— Проклятье, — пробормотал он. — Только подумаем, что она оставила нас в покое, как снова тут как тут.
— Кэп, — друг растянул губы в тонкую безэмоциональную улыбку.
— Остин, обсудим это завтра на собрании. Если ты продолжишь, я буду крайне зол, — в его голосе не было строгости, лишь тягучая, выматывающая пустота.
Бен оставил того посреди холла и, не говоря ни слова, поднялся к себе. Дверь с грохотом захлопнулась, выпустив наружу сдержанный гнев. Он рухнул на кровать, лицо горело от внутреннего жара.
«Опять ты! Эшли Кеннет… Чертова Банши. Когда же ты оставишь меня в покое? Может, и правда, пришло время…»
Утро встретило команду хмуро, каждый предчувствовал недоброе. Сегодня предстояло решить судьбу заказа на ищейку. Бен почти не сомкнул глаз, терзаясь мыслями: стоит ли положить конец ее существованию, или же она хоть и сама оставила их в покое, но все еще представляла собой угрозу. Члены команды узнали о заказе от Остина, едва тот его обнаружил. И теперь каждый спал с тягостным осознанием того, что последнее слово за командиром, и, скорее всего, оно будет не в пользу блондинки. И как бы они не хотели признавать, но каждый по-своему скучал по ней.
— Доброе утро, — произнес Бен, входя в комнату. — Что за похоронные лица?
— Кэп, — кивнул Томас.
— Полагаю, Остин уже поделился с вами сегодняшней темой? — он бросил на мужчину строгий взгляд.