— И это логично. Ты ведь помнишь, что когда-то сама была всего лишь маленьким винтиком в механизме, — язвительно заметил Броуди.
— Я помню все: как после очередной дозы «БСУ» хотела умереть, потому в венах кипела кровь, как нас резали и вычищали, как избивали и унижали, как ваш обожаемый Хантер при любом удобном случае наполнял нас семенем, зная, что нам не забеременеть. И даже после этого… мы любили его, я любила. Хм, — она задумчиво кивнула сама себе, — ведь иного не знали. Поэтому, да, Броуди, я помню. Или твоя единственная функция в Жнецах — напоминать мне о моем прошлом и вгонять в тоску?
— Именно, — сглотнув ком, подтвердил он.
— Я все еще могу на вас рассчитывать? — Эшли обратилась к Сэму. — В плане нашего соглашения.
— Можешь.
— Если бы не Сэм, я бы с превеликим удовольствием отправил тебя на тот свет, — добавил Броуди.
— Все это знают, — наконец подал голос третий Жнец. — Можешь каждый раз не напоминать.
— Эрик, а ты, оказывается, с нами, — светловолосый усмехнулся и бросил взгляд на Банши. — Мне кажется, и, боюсь, не только мне, стоило оставить его с тобой в одном городе, как наш товарищ совсем переменился.
— Тебе кажется, — ответил тот, едва заметно фыркнув.
— Эшли, есть что нам сказать? — Сэм загадочно посмотрел в окно.
— Конкретнее, пожалуйста, — ровным тоном протянула она. — Я, конечно, многое умею, но читать чужие мысли пока не научилась.
— Простой вопрос.
— Если не сочла нужным во что-то посвящать, значит, на то есть причины, — отрезала наемница.
— Дошли слухи, — Сэм перевел взгляд на нее. — О том, что ты возобновила кое-какие эксперименты, — его зеленые глаза так и говорили: «я знаю».
— Верно. В этой корпорации каждый день экспериментируют. Такова уж работа, — с сарказмом ответила блондинка, продолжая нежно поглаживать прохладную поверхность стола.
— Поговаривают, что Церера возобновила проект «Банши». А кто, как не ты, являясь главой всего этого дерьма, может опровергнуть или подтвердить информацию.
— Признаюсь, — Кеннет прикусила губу, — мысли были, — чуть склонила голову, театрально размышляя. — Но обрекать кого-то на тот ад, что пережили мы… даже для меня чересчур.
— Искренне на это надеюсь, — с недоверием произнес Жнец.
— Поверь, если я стремлюсь к вашей поддержке, у меня нет причин лгать, — слова слетали с ее губ легко, непринужденно. — Если найдется время и желание, пройдемся по лаборатории. Убедишься сам, — Эшли откинулась на спинку кресла, излучая безмятежность, а сердце билось ровно и спокойно, будто она и вправду верила в то, что говорила.
— Ты можешь прятать их и в другом месте, — бросил Броуди.
— Верно подмечено, — кивнула ищейка. — Как только освободитесь, мы можем объехать все постройки Цереры, проверить на наличие подопытных.
— Не нужно, — Сэм поднялся. — Тут один из двух вариантов: либо говоришь правду, и тогда все довольны, а ты можешь рассчитывать на наш нейтралитет в этой войне. Либо лжешь. И когда мы это узнаем, можешь не сомневаться, сами придем и прикончим тебя. Но, конечно, я надеюсь на первое.
— За что? — вдруг вклинился Эрик, нахмурившись.
— Ты о чем? — рассеянно переспросил командир.
— Нам то что? С каких это пор мы стали защитниками человечества? — его брови сошлись на переносице, образуя глубокую складку.
— Дело не в этом, — Сэм подошел к другу, затем оперся на спинку его кресла. — Мы не защитники, но и допустить, чтобы кто-то создал еще одно такое подобие бесчувственных…
— Безупречных, — надменно поправила Эшли, вставая из-за стола.
— Бесчувственных существ, не способных на милосердие, — Жнец сглотнул, его душил ком отвращения к самой своей сути. — Мы — те, кто отнимает, не даруя ничего взамен. Этому не бывать вновь.
— Согласна, — Банши грациозно направилась к двери. — Абсолютно.
Эрик по-прежнему сидел недовольный. Что заставляло с каждой секундой сильнее размышлять мужчин о том, что же произошло с ним в их отсутствие.
— Мы уходим, — Сэм двинулся к выходу. Двое других последовали за ним.
— Не прощаюсь, — Эшли распахнула дверь, и жест ее руки в воздухе сказал: «проваливайте».
— Даже не проводишь, — опечалился Броуди.
— Не в таком же виде, — парировала она, лукаво блеснув глазами и поправив ремень на халате.
В действительности, между ними не было вражды. Броуди был настороженным невротиком, никому не доверяющим. Именно так охарактеризовал его Сэм в беседе с Хантером. Скорее, они поддразнивали друг друга, играли на нервах. Но ненависти к Эшли он не испытывал. По крайней мере, пока.