— Догадываюсь, кто вас нанял. Поверьте, зря вы с ними связались, — занервничал пленник.
— Мне абсолютно все равно, кто они, что вы сделали и почему им нужны эти документы. Ничего личного, Николас. Я просто выполняю свою работу.
— Понимаю, — тот набрал полную грудь воздуха и нервно выдохнул.
Зейн и Робин вошли в допросную и двинулись прямо к бизнесмену. Тот вздрогнул, ведь когда на тебя надвигаются два вышибалы с лицами, высеченными из камня, трудно остаться невозмутимым.
— Последний шанс решить все мирно, — процедил Томас, пока коллеги демонстративно заворачивали рукава кофт, обнажая жилистые предплечья.
— Вы не посмеете, — самоуверенно огрызнулся Брейнген, хотя в голосе уже проскользнули нотки сомнения.
— Как знаешь, — Гибсон кивнул, и мужчины принялись за дело.
Двадцать долгих минут допросную наполняли приглушенные стоны и хруст костей. Эшли статуей застыла в углу и наблюдала за работой Зейна и Робина. Бизнесмен держался на удивление стойко, не выдавая ни слова из того, что так жаждали услышать присутствующие.
Бен украдкой бросал взгляды на девушку, пытаясь понять, как она реагирует на эту жестокую сцену. Но на лице той не отражалось ничего, кроме спокойствия. Темно-ореховые глаза почти не моргали, что создавало жуткое впечатление, точно она наслаждается происходящим. Наемник отводил взгляд, вновь фокусируясь на истерзанном мужчине, и не мог отделаться от навязчивой мысли: почему она молчит? Почему не вмешивается, как обычно? С каждой минутой его терзало любопытство, отчаянно хотелось узнать, что она такое.
Лишь когда изо рта бизнесмена хлынула кровь, Томас жестом остановил своих подручных.
— Ну что, передумал? Хочешь поделиться с нами информацией?
— Нет, — прохрипел тот, с трудом глотая воздух.
— Жаль, — наемник вновь кивнул, давая знак продолжать.
— Боюсь, твой метод не слишком эффективен, — прозвучал голос Кеннет. Она вышла из тени. — Пожалуй, внесу свои коррективы.
— Давай, — игриво ответил Хамфри.
— Только без лишней грязи, ладно? — с сомнением в голосе обратился к ней Айзек.
— Не волнуйся, все как обычно. Ты же меня знаешь, — ищейка пожала плечами и оскалилась в улыбке.
— Именно поэтому и волнуюсь.
— Николас, привет, — Эшли непринужденно подошла к окровавленному бедняге, пока Зейн и Робин переводили дух.
— Ты? Тварь! — прошипел он, что лишь позабавило.
— Меня называли по-разному, но так — впервые. Занесу в свой список. Пока карандашом.
— Скажи им, чтобы отпустили!
— Вы слышали? — она обернулась к мужчинам с лукавой улыбкой. — Он приказывает немедленно освободить его! Исполняйте!
— Это не смешно!
— Знаю. Итак, тридцать восемь лет, женат больше пяти. Почему нет детей? — продолжала наемница, глядя прямо в мокрые глаза. В них заплескалась ярость, стоило упомянуть семью.
— Не смей трогать мою жену!
Эшли развернулась и направилась к выходу.
— Это и есть твой метод? И ты еще осуждаешь наш? — бросил в спину Томас.
— Я получила все, что было нужно, — ответила она, не оборачиваясь, и закрыла за собой дверь.
Хамфри посмотрел на ее напарника и увидел в его глазах легкую тревогу.
Пытки бизнесмена продолжались еще около часа, пока все, наконец, не разошлись, оставив его отдохнуть перед новой порцией боли.
Спустя два часа напряжение в допросной сгустилось до предела, но Эшли все еще не было.
— Николас, неужели тебе нечего нам рассказать? — голос Бена прозвучал резко.
— Нет, — кровь струйкой стекала по гладко выбритому подбородку.
— Хорошо, приступайте, — командир бросил короткий приказ Зейну и Робину.
— Всем привет, — прозвучал легкий, насмешливый голос, и в дверях появилась ищейка.
— Долго же ты, где пропадала? — процедил Зейн, сверля взглядом.
— Я бы сказала, развлекалась с твоим отцом, но боюсь, не оценишь шутку, — парировала она с опасным огоньком в глазах.