Бен рухнул. Девушка хищнически оседлала его, но тот не сопротивлялся. Он видел, как кровь, льющаяся из раны над ее бровью, заливает лицо и шею багровой маской. Несколько секунд она смотрела на красивую мордашку, пытаясь сфокусировать потерянный взгляд. Затем влепила пощечину. Тот все еще не двигался.
— Эшли! — крик Айзека выстрелом пронзил воздух.
— Что здесь происходит? — за ним в тренировочный зал вошел Томас.
— Эшли, остановись! — продолжал кричать напарник.
— Кэп, все нормально? — спросил друг, оглядывая поле битвы. Серый пол украсился кровавыми узорами.
— Да, все хорошо. Тренируемся, — ответил Бен, не сводя с взгляда с королевы, сидящей на нем, как на троне.
— Дорогая, слезь с него, пожалуйста.
— Айзек, не говори со мной, как с психопаткой, — проговорила Эшли, глядя в упор в грудь наемника, что тяжело вздымалась.
— Томас, выведи всех отсюда, мы тут разберемся, — скомандовал командир, так и не пытаясь встать.
— Думаешь? — спросила ищейка ледяным голосом.
— Да.
— Эшли, встань и пойдем со мной. Нужно остановить кровь, — продолжал уговаривать Айзек.
— Когда ты уже прекратишь это делать?! — сорвалась она.
— Делать что?
— Вести себя так, будто ты самый лучший человек! Забыл, что из-за тебя я такая!
— Дорогая, это не то место, где нужно это обсуждать, — Миллер нервно огляделся, показывая руками, чтобы та сбавила громкость.
— Не смей называть меня так!
Эшли встала с раскаленного тела Бена, который тут же вскочил на ноги. И раненным зверем пошла к выходу.
— Почему вообще впустила тебя в свою жизнь? Снова, — грубо отрезала она, голос звенел от боли и ярости.
— Потому что внутри хотела изменений, понимала, что тебе это нужно, — напарник посмотрел сквозь нее, глотая ком в горле.
— Но это все равно ничего не изменит. Я всегда буду ею. Всегда буду Банши. Что бы ты ни пытался исправить.
— Верно.
— Тогда зачем стараешься? — хмыкнула и оскалилась в кровавой улыбке.
— Потому что…
— Не отвечай, — оборвала она, — мне неинтересно.
— Эшли…
— Он был прав, — бросила, указывая на Хамфри, — я пуста внутри. Я мерзость.
К тому времени, когда Эшли в последний раз посмотрела на свое отражение в затемненном стекле окна, тренировочный зал зиял пустотой. Она растворилась в серых коридорах, оставив после себя лишь тишину и троих мужчин. Бен, Айзек и Томас обменялись взглядами, полными невысказанных вопросов, и двинулись к выходу.
Напарник ищейки отделился от них, а Бен и Томас направились в медицинскую комнату, расположенную неподалеку от тренировочного зала. Запах медикаментов и металла встретил их, только они переступили порог. Наемник, не теряя времени, достал аптечку. Взгляд скользнул по отражению в зеркале — разбитая губа алела, под ребрами таилась тупая боль, эхо удара с виду безобидного существа, а кожа была испещрена сетью ссадин и царапин. Были и хуже ранения, переживет. Его мысли терзали изнутри: Банши — что это за слово, странное и незнакомое, и, главное, как сейчас Эшли? Второй вопрос обжигал сердце.
— Бен, что там произошло? — голос Гибсона прозвучал, как далекий гром, возвращая его в реальность. Он протянул ему бинт.
— Мы с Эшли… не поняли друг друга, — ответил тот, чувствуя, как слова застревают в горле.
— «Не поняли»? Да вы там чуть друг друга на куски не порвали! — усмехнулся Томас, и в голосе сквозила тревога.
— До убийства бы не дошло, — шуткой огрызнулся, — по крайней мере, не здесь.
— Конечно, но зрелище было… жесткое.
— Знаю, — пробормотал Бен, отворачиваясь.
— Не хочешь говорить — не надо. Еще нужна моя помощь?
— Да. Узнай, кто такие Банши.