Тот замялся, не поднимая глаз с наемницы: — Кэп, мне кажется, она не позволит…
— За пакетами, — рыкнул Хамфри, прожигая взглядом. Боец рванул исполнять приказ.
Томас отстранился от тела и принялся методично, с каким-то механическим остервенением, оттирать окровавленные руки спиртовыми салфетками.
Бен шагнул к Эшли.
— Вставай, — мягко начал он, но девушка казалась оглушенной, слова не достигали ее сознания. — Эшли, понимаю… но надо встать.
— Не могу, — прошептала она сквозь пелену слез.
— Можешь, — наемник осторожно взял ее за плечи, приподнимая и разворачивая к себе. Но взгляд ее оставался прикованным к безжизненному телу.
— Посмотри на меня, — слегка встряхнул, силясь вырвать из омута горя.
Кеннет повернула голову, но мир расплывался перед глазами. Она была дезориентирована, не в силах понять, где реальность, а где кошмарный сон.
— Бен…
— Да, пойдем со мной, — он по-прежнему держал за плечи.
— Я не могу, — она снова осела на пол, как подкошенная.
— Эшли, если ты сейчас не возьмешь себя в руки, у нас будут огромные проблемы, если это обнаружится.
— «Это»?! Ты говоришь о мертвом теле моего друга!
— Да, именно! Соберись! — рявкнул командир, стараясь привести ее в чувство.
Он снова помог ей подняться, грубые руки обхватили сильнее хрупкую талию. Эшли судорожно приобняла его, ища хоть какую-то опору. Томас, почти оттерев кровь с рук, бесшумно покинул комнату, чтобы сменить рубашку, на которой темнели мелкие багровые брызги.
Они остались вдвоем, не считая безмолвного Айзека.
— Эшли, мне жаль, правда, — прошептал Бен, обнимая крепче.
— Мне тоже, — слезы почти иссякли, но в голосе осталась надтреснутая хрипота, — мне тоже очень жаль.
— Кто бы это ни был, мы найдем убийцу.
— Правда? Даже если это будет кто-то из твоих ребят? — ищейка подняла голову и впилась в наемника пронзительным, полным боли и подозрения взглядом. Подбородок, щеки и часть волос оказались испачканы кровью. Мужчина искренне удивился и чуть попятился, но не убрал рук с талии. — Томас? Или Остин? Или Фрэнк? Или, может, они все заодно? Что ты сделаешь? — в голосе сквозила неприкрытая злость.
— Глупости. Почему ты решила, что это должен быть кто-то из них?
— Айзек успел сказать, но не назвал имени. Когда узнаю, кто это был, ему конец. Ни ты, ни кто-либо еще меня не остановит.
— Если это сделал кто-то из моих, сам с ним покончу. Но я уверен, ты ошибаешься. Никто из них не способен на такое, я их знаю.
— А может, это ты?
— Я был с тобой все это время, не неси чушь.
— Мне нужно переодеться, — Эшли посмотрела на одежду, густо залитую чужой кровью, — и никто не должен видеть меня такой… заплаканной.
— Отведу тебя в душ, идем.
Бен осторожно выглянул в коридор, убеждаясь, что там никого нет. Легким жестом показал, что путь свободен.
Они шли молча, каждый погруженный в свои мрачные мысли. Хамфри краем глаза следил за девушкой, боясь, что она вот-вот потеряет сознание. У самой душевой их заметил Томас, выходящий из своей комнаты. Кэп одним взглядом приказал отправляться к телу, тот молча кивнул и, ускоряя шаг, прошел мимо них.
— Эшли, проходи, надо смыть все, — наемник подвел ее к душевому отсеку, настроил воду, сделав чуть прохладной. Как таковых кабинок не было, лишь несколько метровых перегородок по стене, так как проектировалось для мужчин.
— Да, — безучастно отозвалась она, не моргая и глядя на льющиеся струи.
— Схожу за полотенцем. Надеюсь, ты никуда не денешься. Я быстро.
— Я буду здесь.
***
Войдя в комнату отдыха, Бен, как и Эшли, застыл при виде окровавленного тела ее напарника. Когда та склонилась над почти бездыханной головой, наемник ощутил ее боль, как осколок стекла в груди. Пока она отчаянно пыталась остановить ускользающую жизнь, командир собрал остальных в комнате.