— Да, скорее всего, — опустив взгляд, ответила Эшли.
— Понимаю, вопрос глупый, но все же… ты как?
— Лучше, — безразличие в голосе пугало.
Пять долгих минут Бен омывал Эшли, как мраморную статую, оскверненную кровью. Та стояла неподвижно, взгляд — как у потерянной души, блуждающей по краю бездны.
— В следующий раз… было бы славно, если бы ты тоже был голым, — прозвучало тихо, но в этом шепоте крылась стальная решимость. Взгляд, обычно искрящийся дерзостью, сейчас обжигал холодом.
— В следующий раз? — хмыкнул Бен, смахивая капли воды с черной бороды.
— Не когда кто-то умрет, и тебе придется отмывать с меня кровь, а когда мы просто… пойдем в душ.
— Спасибо, что уточнила, — темные глаза нежно скользнули по ключицам, таким же острым, как ее кинжалы.
Хамфри резануло слух это спокойствие в голосе наемницы. Он привык к ее шуткам, к вызывающему поведению, к той ярости, что клокотала в ней. Но эта… эта безмятежность после смерти друга пугала до дрожи.
«Не слушай. Она в печали. Просто бредит», — накинул на нее мягкое полотенце, скорее пытаясь укрыть не только от холода, но и от самого себя.
— Наденешь или так пойдешь в комнату? — он потянул свою черную футболку, но ответа на вопрос не последовало, она плавно двинулась к выходу.
Уже в комнате Эшли одним движением сорвала с себя полотенце. Обнаженная, направилась к гардеробу. Бен, все еще сопровождающий ее, положил футболку на стул, отвернулся, боясь испепелить взглядом.
— Я тут нужен или могу идти?
— Как хочешь, — бросила она, не поворачиваясь и утопая в поиске одежды.
— Тогда пошел, необходимо прибраться.
— Его тело никуда не девай, — это прозвучало так буднично, словно речь шла о сломанной шкатулке, а не о человеке, чья жизнь оборвалась так внезапно.
— Мы пока отнесем его в подвал, там есть куда положить… чтобы завтра решить, что делать дальше.
— Хорошо, пусть там и будет, — согласилась она, голос — ровная гладь замерзшего озера.
— Точно могу идти? Может, остаться? — и он хотел этого, хотел быть рядом, обнять и забрать эту боль себе.
— Иди. Я скоро спущусь к гостям.
Хамфри покинул комнату, оставив ее наедине с призраками. Ищейка с тяжестью села на край постели, и в голове пульсировала только одна мысль, страшная и неотвратимая:
«Он меня нашел».
Глава 14. Прошлое в рубцах
Мечты прекрасны, пока не столкнутся с жестокой реальностью.
Эшли привела себя в порядок. Облачилась в безупречный черный комбинезон, но кобуру не стала надевать — незачем пугать осиное гнездо, когда нужно лишь узнать, где матка. Волосы почти высохли и, небрежно причесанные, лениво вились вокруг лица, как непокорные мысли.
«Соберись. Ты больше не имеешь права показывать другим, что слаба», — прошептала она про себя заклинанием. И, натянув на лицо маску безразличия, вышла из комнаты.
В коридоре тенью маячил Фрэнк. Она прошла мимо, не удостоив его и взглядом, но чувствовала, как зеленые глаза прожигают ее спину. Через пару мгновений ищейка уже стояла у входа в банкетный зал, где догорал костер вечеринки, а гости потихоньку разлетались мотыльками кто куда.
— Как скоро они уйдут? — спросила Кеннет, подойдя к Томасу, который в тот момент заканчивал свой телефонный разговор.
— Думаю, через час уже можно будет закрывать офис.
— Отлично, — она повернулась в сторону лестницы.
— Эшли, может, стоит остаться в комнате? Мы разберемся, — с тревогой в голосе проговорил верный помощник Капитана.
— Я уже видела, как вы «разбираетесь», спасибо, буду тут и все проконтролирую, — отрезала она, не поворачиваясь.
— В смысле? — растерянно спросил мужчина.
— Неважно. Где Бен?
— Кажется, спустился в подвал, — слышалось беспокойство с каплей недовольства. — Эшли…
— Томас, — она обернулась и, взглянув прямо в глаза, кивнула. Тем самым давая понять, что держит себя в руках.