Кеннет повело в сторону, она закашлялась, и этих секунд оказалось достаточно, чтобы Хамфри успел провести захват — точно такой же, какой она применила на Аларике.
— Сдавайся, — прошептал он на ухо, и горячее дыхание опалило нежную кожу.
— Еще чего, — хрипло ответила она, чувствуя, как его рука сдавливает горло.
— Сдавайся, — каменное тело прижималось к спине, по которой пробежали мурашки. — Ты проиграла.
Эти слова, как укол адреналина, вызвали у ищейки новую волну энергии. Она резко ударила локтем под дых и в мгновение ока перевернула его на пол, оказавшись сверху. Теперь ее рука была на его сильной шее.
— Сдавайся, — с наглой ухмылкой произнесла Эшли.
Бен резким движением перевернулся, и теперь уже она оказалась под ним. Захватив ее руки, он поднял их над головой и пристально всматривался в милое лицо.
— Победитель выявлен, — нарушив интимность момента, тишину разорвал голос Томаса.
— Но она же еще не сдалась! — возмущенно воскликнул Фрэнк, делавший ставку явно не на командира.
— Точно, — поддержал его Остин.
— Эшли, сдавайся, — продолжал настаивать Томас. — Иначе вы так до вечера будете кататься по полу.
— Не-а, — не отрывая взгляда от Бена, ответила она.
Затем изо всех сил ударила его коленом между ног. И через какие-то несколько секунд наемник, скрючившись от боли, сполз с нее.
— Теперь, думаю, победитель определен, — Эшли поднялась и грациозно поклонилась.
— Это было подло, — процедил Майкл, сочувствуя Кэпу.
— Жизнь — вообще штука подлая, — она повернулась к сопернику. — Помочь встать?
— Нет, спасибо, — прикусывая губы и держа руки в области своего достоинства, отрезал Бен.
— Да ладно тебе, давай, — протянула руку. — Ты же знал, на что идешь.
— Верно, сам виноват, — кряхтя от боли, он все же принял ее руку и поднялся.
Эшли усадила его на скамью рядом с собой.
— Теперь моя очередь задавать вопрос. Бен, правда или действие?
— Если выберешь действие, боюсь, твои яйца живыми отсюда не уйдут, — со смехом прокомментировал Остин.
— Правда, — прокряхтел командир.
— Хорошо. Кто-то из присутствующих способен на предательство?
Зал наполнился тишиной, точно она задала самый запретный вопрос из всех возможных.
— Да. Предать может каждый. Никому нельзя доверять, — глядя прямо в карамельные глаза, ответил он.
— Замечательно. Спасибо за честность. Кто следующий?
Все еще были в каком-то недопонимании от происходящего, поэтому ответа на ее вопрос не последовало.
— Ладно, тогда я вновь задам, — Эшли приблизилась к Галбрейту. — Робин, правда или действие?
— Правда.
— У тебя есть брат?
— Нет.
— Перефразирую… У тебя есть сводный брат?
Напряжение в зале сгустилось, как перед грозой. Казалось, воздух вот-вот разорвется от выстрелов или вторжения террористов.
— Нет, — упрямо повторил мужчина.
— Вот и первая ложь.
— Что? — Фрэнк нахмурился, пытаясь уловить ускользающий смысл.
— Робин солгал. Ведь так? У него есть брат, и он сейчас здесь, с нами, в одном помещении, — ищейка обернулась и вперила ледяной взгляд на злую гору мышц.
— Я не понимаю, о чем ты, — пробормотал Зейн, стараясь не выдать себя.
— Бен, ты знал, что в твоей команде два лжеца?
— Ладно. Да, Зейн мой брат. Но я не понимаю, к чему эти вопросы о семье? Сначала мать Фрэнка, теперь мы… Кто следующий?
— Теперь правда. Твоя очередь.
— Я не хочу больше играть в это.
— Робин, — в голосе Кеннет прозвучали стальные нотки приказа.
— Я сыграю с тобой. Отстань от него, — Зейн шагнул вперед, заслоняя брата. — Давай, задавай вопрос.
— Хорошо, Зейн, правда или действие?