— Действие, — с облегчением выдохнул он.
— Разумеется, — промурлыкала наемница.
Зейн рванулся к Эшли, как выпущенная из лука стрела. В глазах пылала ярость, желание уничтожить. Он замахнулся, но та уклонилась. Еще семь ударов рассекли воздух, не достигнув цели. Лицо бойца исказила гримаса звериной злобы, которую он больше не мог сдерживать. Наемница подставила подножку, и он рухнул на пол, сотрясая его своей массивной фигурой.
— Сука! — взревел он. — Я убью тебя!
— Конечно, — с презрением и отвращением бросила она.
Зейн вскочил на ноги и обрушил на нее град ударов. На пятый раз кулак врезался ей в правые ребра, и та отшатнулась. Она была хрупкой и миниатюрной по сравнению с ним, и побеждала лишь благодаря хитрости, ловкости и гибкости. Но сейчас, в одном неверном маневре, она оступилась. Боль от удара пронзила, и даже показалось, что она услышала хруст ломающихся костей. Еще секунда… Второй удар, но уже ногой, пришелся по коленям, и ищейка упала. Наемник навалился на нее всем своим весом, сдавливая горло. Отчаянно хватая воздух, она сумела поцарапать его лицо, и он, взвыв от боли, на мгновение отпустил шею. Все в зале понимали, что это уже не просто тренировка, это личное. Но никто не смел вмешаться. Либо они были скованы негласным правилом, по которому бой заканчивался только с капитуляцией одного из соперников, либо ждали приказа Бена. А он, казалось, был лишь бесстрастным наблюдателем этой жестокой схватки, вообще не торопился что-то предпринимать.
«Давай, ты сможешь. У тебя есть преимущество. Ты знаешь его слабое место. Он делает выпад ногой перед ударом, используй это, Эшли».
Размышления Хамфри прервал Томас.
— Бен, мы не будем это останавливать?
— Нет, — не сводя глаз с дерущихся, ответил он.
Покачиваясь, Эшли отползла от соперника. Тот, увидев кровь на своем лице, пришел в еще большую ярость. Он снова бросился вперед. Заметив, как он выставляет правую ногу перед ударом, она рассчитала момент для уклонения. Действовала стремительно и точно. Пара уклонов, и она уже за спиной. Три секунды, и вскарабкалась на его плечи, обхватив ногами шею. Зейн, взревев, разбежался и врезался спиной о железную перекладину, пытаясь сбросить ее. Еще один удар о стену, но она продолжала цепляться и надавливать пальцами на глаза. Еще один. Эшли почувствовала боль во всем теле, и по ее лицу было видно, что силы на исходе. Спустя три мучительные минуты Зейн рухнул. Ей удалось отключить его удушением. Убедившись, что он без сознания, она, шатаясь, направилась к мужчинам. Капли крови из ее носа проложили тропинку от побежденного быка и украсили бетонный пол зала. Снова.
— Кого ты выбрал себе в команду, Бен? Самый большой оказался слабаком, — она опустилась на скамью, прижимая руку к сломанным ребрам.
— Что произошло?! — при нулевом эмоциональном фоне, даже Майкл встревожился. Голубые глаза округлились, а светлые брови нахмурились.
— Хамфри, нужно отнести его в подвал. Пора с ним поговорить по душам, — не обращая внимания на вопрос, добавила Эшли.
Взгляд командира, скользнувший по избитой ищейке, наполнился противоречивыми чувствами. Он одновременно жалел и восхищался.
— Фрэнк, Майкл, Остин, тащите в подвал. И пристегните так, чтобы не смог выбраться.
— Но, Кэп, что он сделал? Зачем это? — с недоумением и недовольством спросил сводный брат.
— Робин, а ты ко мне, — Бен повернулся к троим бойцам, которым только что отдал приказ. — Выполнять.
Мужчины подняли бесчувственное тело Зейна и понесли прочь. И задача эта была не из легких, как-никак двести восемьдесят фунтов. Тем временем Эшли, Бен, Томас и Робин направились в кабинет. Подойдя к двери, наемница пропустила всех вперед, а сама вошла последней. Все тревожно расселись за столом.
— Бен, зачем хотите посадить Зейна на цепь?
— Робин, это ты убил Айзека?
— Эшли, что за вопрос? Нет! Я нашел его умирающим, я же вам говорил. Мне незачем было это делать. Я ни с тобой, ни с ним даже не общался, — растерянность и гнев плескались в голосе и на лице.
— Я тебе верю, но знаешь в чем проблема? — Кеннет, все еще ощущая острую боль в ребрах, продолжила. — Зейн может быть причастен.
— Нет!
— Томас, как ты думаешь, Зейн мог убить Айзека? — обратился Бен к своему другу.