Миновав столовую, направилась в медицинский отсек, даже не заметив, как алеют предательские капли на белизне плиточного пола.
Достигнув заветной аптечки, она дрожащими руками извлекла антисептик, нитки и иглу. Осколок сидел глубоко. Его удерживал кусочек платья, ставший частью раны. Время утекало сквозь пальцы, тот продвигался все глубже, а тело изнывало в агонии.
«Вот вечно ты найдешь приключения на свою задницу, — укоряла она себя. — Сидела бы тихо, не пришлось бы сейчас ковыряться в себе, вытаскивая эту дрянь».
Первая попытка извлечь осколок вырвала из груди крик, который она с трудом сдержала. Убедившись, что коридор пуст, продолжила отчаянные попытки, но обрывок ткани не давал осколку выйти. Чувствуя, как сознание ускользает вместе с кровью, Эшли пошатнулась. Не успев ухватиться за край стола, рухнула на пол и рассыпала вокруг себя медицинские инструменты. В этот момент в кабинет ворвался Бен.
— Эшли?! — бросился он к ней, увидев торчащий из раны предмет. — Почему ты молчала?
— Упс, — прошептала она, утопая в надвигающейся тьме.
— Я помогу добраться до кушетки, давай, пожалуйста, — в голосе наемника звучала отчаянная мольба. — Вот же гадство!
Осторожно положив ее на кушетку, он принялся осматривать рану. Ужас, что она может умереть, на мгновение парализовал. Сорвавшись с места, вылетел в коридор.
— Живо! Сюда! Позовите ребят! — заорал он во всю глотку. Бойцы, услышав крик, мгновенно среагировали и окружили дверной проем. — Немедленно позовите сюда моих ребят! Всех! Сейчас же!
Через три минуты Бен, Томас, Остин, Фрэнк и Майкл стояли над едва дышащей наемницей.
— Почему она не сказала, что ранена? — прорычал Фрэнк с ноткой обиды.
— Да ты же знаешь ее! Если бы не потеря крови, она бы сейчас все втихаря зашила, а завтра уже надрала задницу кому-нибудь, — ответил начальник службы безопасности.
— Остин, ты сможешь помочь? Нужно вытащить этот гребаный осколок, — друг кивнул и принялся закатывать рукава рваной от драки рубашки. — Вечно с тобой что-то случается, не можешь жить спокойно, — бормотал Бен, дрожащими руками разрезая остатки платья, чтобы оценить масштаб трагедии.
Все ее тело оказалось залито кровью, которая где-то была свернувшейся, где-то засохшей, а там, где бордовой жидкости не было, проступали синяки. Общими усилиями им удалось извлечь осколок и зашить рану.
— Какая у нее группа крови? Нужно переливание, — спросил Остин.
— Я… — запнулся Хамфри, с трудом сдерживая клубок злости и отчаяния. Злости на то, что она лежит перед ним, балансируя на грани жизни и смерти. Отчаяния от того, что она многое скрывала. От того, что он почти ничего о ней не знал. — Я не знаю.
— Ладно, у меня первая отрицательная, она должна подойти. Ведь так? — предложил Томас.
— Другого выхода нет, давай пробовать.
Бен не отходил от Эшли ни на шаг, боясь пропустить момент ее пробуждения. Но время шло, а она оставалась неподвижной. На следующий день личный врач корпорации констатировал кому. Никто не мог сказать, когда она очнется.
«Я не могу тебя потерять. Ты нужна мне. Пожалуйста…»
Шептал он, сидя рядом и сжимая ее холодную руку.
Глава 24. Решение
Она ненавидит себя за то, кем стала, и боится того, кем могла бы быть.
Эшли открыла глаза, всплывая из мутного омута забытья. Вокруг — капельница, прикроватный монитор, змеи проводов, оплетающие ее тело.
«Твою мать».
Резкий свет полоснул по глазам, заставив ее зажмуриться. Это точно не больница. В комнате никого не было. Попыталась встать, но ноги подкосились, и она едва не рухнула на пол. В этот момент в дверях появился Бен.
— Ты куда это собралась? — его голос был полон тревоги. Он подхватил ее и бережно усадил обратно на кровать. — Почему ты не сказала, что ранили? Что у тебя в животе огромный осколок, Эшли! — зазвучали гневные нотки.
— Сколько времени прошло? — она проигнорировала вопрос, пытаясь сориентироваться.
— Почти восемь дней.
— Что?! — резко повернулась к наемнику и попыталась вскочить, но острая боль в животе заставила ее замереть.
— Да, ты потеряла очень много крови. Спасибо Томасу, он поделился своей. Но мы не были уверены… — Бен отвел взгляд и тихо закончил, — вообще, выживешь ли ты.